— Нравлюсь, значит, — задумчиво проговорила Кристина, не сводя глаз с мужчины.

— Да. Нравишься, — кивнул Этьен.

— Очень?

— Очень.

— И Вам не противно прикасаться ко мне? — прищурилась Кристина, уточняя.

— Ты опять? Нет. Мне не противно, Кристина. И сегодня у тебя уже была возможность в этом убедиться.

— Тогда почему Вы сбежали?

— А ты не поняла, почему я сбежал? Ты действительно не понимаешь?

Голос его вмиг стал холодным и колючим. Кажется, осмелев, они напугали свое хрупкое, пугливое «нечто»… Этьен поспешил отстраниться от Кристины, коря себя за проявленную слабость, и даже подумывал о том, чтобы прогнать сейчас девушку и отложить, а лучше вообще запретить, подобные разговоры! Кристина не дала ему сбежать.

— Анри, почему? Мне не нужны мои догадки, я хочу услышать это от Вас.

— Опять правды захотелось? Кристина, какую правду ты хочешь услышать?

— У Вас их несколько?

— Ты сама должна понимать, почему я сбежал.

— Анри, ответьте.

— Что ответить? Что я такой же, как и все? Что я точно так же смотрю на тебя и хочу, как оголтелый девственник, впервые увидевший женщину? Черт… Вот зачем я тебе все это говорю, а? Кристина, закрыли тему. Ты выбрала не самое лучшее время и место для разговоров. Все наши договоренности в силе, тебе нечего бояться, но сейчас, пожалуйста…

— Анри, вылезайте.

— Что?

— Я говорю, вылезайте из воды.

— Зачем?

— Плавники и хвост вырастут, а они Вам совершенно не к лицу будут.

— Кристина, не до шуток.

— Мне тоже. Вылезайте.

Этьен ее не понимал. Слишком много решимости в ней, словно и не боится голого мужчину в его же владениях. А ведь должна бояться. Нет ничего противоестественного в том, что ему, молодому здоровому мужчине, понравилась красивая девушка, но Кристина… После всего, что с ней сделал Филипп, она должна бояться! Зачем же улыбается ему? Зачем дразнит? Зачем разговоры все эти? Почему первая не сбежала от него после случившегося в спальне? Не знал бы, что случилось с ней — поверил бы, что чувства и желания их схожи. Но может ли она сейчас желать мужчину? Но может ли без страха думать о близости? Глупенькая, просто она не верит, что он может ее обидеть. Она не верит, что мужчина, на груди которого она спокойно засыпает, может воспользоваться ее доверием. «Глупенькая, не играй со мной!» — мысленно молил Этьен, всматриваясь в глаза Кристины. Нужно немедленно одеться. Нужно сбежать от нее, не доводя до глупостей, о которых потом жалеть будет! Это все утреннее безумие, и им обоим просто нужно остыть…

— Отвернись, — буркнул Этьен после недолгой паузы, дождался выполнения приказа и вылез из воды, поспешив повязаться пушистым полотенцем.

Вылезая из воды, он твердо намеревался уйти. Но, черт возьми, как магнитом тянет к девчонке, и после утренней встряски ему б держаться от нее подальше, но ноги сами идут к ней. Кристина обернулась как-то резко, рвано, и тут же оказалась в крепких мужских объятиях.

— Ну что, допрыгалась? — тихо спросил Этьен, голодным взглядом одаривая Кристину. — Кристина, прогони меня…

А самого трясет, мурашки по коже бегают и тело каменеет, когда она, прикрыв глаза, вдруг качнула головой ему в ответ, не в силах ни слова больше сказать — она не будет его прогонять. Теплые пальцы осторожно коснулись холодной, мокрой его груди…

— Что ты делаешь? — прохрипел Этьен, не замечая, что дрожит не он один.

Кристину лихорадит не меньше, и она жмется к нему в надежде обрести покой; ни тонкое платье, ни его полотенце не мешают ей почувствовать его плоть, бесстыдно упирающуюся ей в живот. Она понимает его желания, но не понимает себя — ей ведь совсем не страшно рядом с этим вожделеющим мужчиной. Ей не страшно было утром, ей не страшно и сейчас. Более того, ей любопытно, интересно — а каково это, когда тебя желает очень желанный мужчина? Когда тебя берут не силой? Когда сама отдаться хочешь? Когда-то она мечтала сберечь себя для одного-единственного, судьбой предназначенного… Наверно, сегодня она могла бы стать самой счастливой из женщин. А впрочем, не случись беды, не было б в ее жизни и этого мужчины, что голодным, безумным взглядом смотрит сейчас на нее, но не решается тронуть. Кристина горько усмехнулась собственным мыслям — ей больше нечего беречь. И если он действительно желает, она отдаст ему себя сейчас же. Она готова пойти на это; ей кажется, сегодня она сможет переступить через боль и страх — она готова ощутить на себе прикосновения мужчины. Именно этого мужчины. Кристина робко провела ладонями по его груди, опустилась ниже, к животу, а потом решительно спустила с него полотенце.

— Кристина!

Его голос похож на рычание. Его шумный выдох обжигает и без того пылающую кожу.

— Вы же хотите этого? — тихо проговорила Кристина.

— Нет.

— Не врите, я не слепая. Сделайте это.

— Кристина, нет!

Кристина привстала на цыпочки и легонько коснулась губ нерешительного упрямца.

— Тяжело быть порядочным человеком? — улыбнулась она, вот только глаза ее совсем не улыбаются. С печалью и тоской смотрит она на своего графа — Филиппу бы его нерешительности, а ему самому — чуть больше смелости. — Анри, послушайте, я не боюсь Вас. Я верю Вам. Одному Вам верю. И если Вы не излечите меня от этого кошмара, то никто уже не излечит. Не мучайте ни себя, ни меня — сделайте то, что Вам сейчас хочется. Анри, я не могу так больше! Я… хочу помнить Вас, а не их… Если действительно Вам не противна, прикоснитесь. Не бойтесь за меня, я справлюсь… Вам ведь хочется?

Этьен лишь шумно вдохнул, скользя ладонью по спине Кристины. Хочется. Еще как хочется! Но это сейчас она полна решимости, а после что будет? Ненависть? Глупенькая, она не понимает, о чем говорит. Думает, что справится… А если нет? Как потом в глаза ей смотреть? Чем тогда он лучше Филиппа?

А Кристина ластится, боится, что уйдет он, и от каждого ее прикосновения горит его кожа, изнывая. Он чувствует, как губы ее едва касаются его шеи — робкие, осторожные… Не сказать, что он совсем не знает женщин, была у него одна молодая красивая вдовица, ознакомила с женским телом, только тогда кроме любопытства и недолгого физического удовольствия ничего он не испытал — скучно показалось и не так уж интересно. С Кристиной все иначе: кожа пылает, плавится от ее пальцев, собственное тело уже не его — оно живет своей жизнью и тянется к девчонке вопреки всем разумным мыслям, а в голове одна лишь мысль — моя! Не отдам! Никому не отдам. К черту все! И Филиппа, и страхи ее, и сомнения! К черту все, что будет после — Кристину он все равно не оставит, даже если возненавидит она его так же яростно, как Филиппа! Он отогреет ее лаской своей и заботой. Он приручит, поверить ее заставит, что мужчин не только бояться, но и любить можно! Он любви ее хочет. Сжал Кристину в своих объятиях так, что не удержалась она, взвизгнула; к губам ее прильнул, и ее, и себя лишая разума.

— Кристина, два условия, — заявил Этьен, вдруг резко отстранившись. — Первое. Если что не так пойдет, если ты испугаешься или же тебе станет просто неприятно, ты сразу мне говоришь, и мы останавливаемся. Обещай!

Кристина растерянно кивнула в ответ — она не понимает, почему ее оторвали от себя и лишили желанного тепла.

— А второе?

— Ты выйдешь за меня замуж.

— Что? Нет!

Не успел он и глазом моргнуть, а Кристина уже отскочила от него, как ошпаренная. Вот чего он не ожидал, так это того, что она откажет. Всего ожидал: побега утреннего, отказа в близости, страха перед мужчиной, но что замужество ее напугает — не ожидал…