Два летних месяца пролетели в круговороте поездок по любимой столице. Но хотелось уже выйти за её пределы, вести путешественников по новым дорожкам. Самыми интересными были экскурсии с иностранцами. Знание языков позволяло ей вести свободные беседы на английском и испанском. Особенно радовали последние туристы. Она расспрашивала их о стране, рассказывала о своей. Конечно, каждый хвалил свой дом, но порой проскальзывали разговоры и о финансовых затруднениях, гибели урожая из-за непогоды, тревожных волнениях среди народа. Варя внимала им. Для неё это была маленькая ниточка, связывающая с ним. Как там он? Счастлив ли в браке? Не бедствует? Он так боялась быть бедным. Удалось ли устроиться? Иностранные туристы, подкупленные искренним интересом к себе, становились словоохотливыми, делились собственными переживаниями. Одна из групп попросила, чтобы Варвара сопровождала их по Золотому кольцу. Шеф разрешил ей выступать только на роли переводчика, так как данный маршрут ею был не освоен. Уходящий в декрет сотрудник согласилась провести стажировку молодой коллеги.

Двое суток Варвара переводила одну речь в другую, дополняя эпитетами и литературными зарисовками. Она так соскучилась по утончённым испанским выражениям, произносящимся с неимоверной скоростью. Бешеный темперамент и красота всегда привлекали в этой стране. Поездка ознаменовала новый этап в её карьере: ей доверяли любые поездки по России, но и оплата была соответствующей: сколько проездишь, столько и получай.

Сентябрь пролетел незаметно под нескончаемой сменой городов. А далее последовало неимоверное количество времени, которое необходимо было заполнить. Варвара радовалась даже Лёвиному появлению. Егор предупреждал и одного, и другого о бессмысленности отношений. Девушка только иронично улыбалась:

– Неужели ты думаешь, что он реально в меня влюблен? Так красивая картинка рядом. Потусуется и успокоится… Не заводись, Егор! – отмахивалась подруга и продолжала флиртовать с его помощником. Периоды улыбок и красивых слов сменялись криками и выбрасыванием подарков. Варино раздражение выплескивало через край, разрушая всё на своём пути.

Лёва спокойно держался, уходил и возвращался вновь. Девушка, мучимая уколами совести, принимала его, и всё повторялось снова. Молодой человек перестал обращать внимание на предупреждения Егора, понимая, что характер у его избранницы не простой. Но он любил её именно такой: красивой, немного взбалмошной, неуравновешенной…

Варвара часто отключала телефон в поездках, ссылаясь на занятость и плохую связь, а заодно и спасаясь от Лёвиных навязчивых звонков. Меняющиеся пейзажи, архитектура завораживали её. Она любила рассказывать об истории строении, стараясь найти душевные истории и притчи, позволяющие удержать интерес слушателей. Самыми любимыми были поездки в Санкт-Петербург и Казань. Первый покорил её своими бесконечными мостами и туманами, сквозь которые проглядывали крыши самых красивых зданий. Туристам обычно предоставлялось время на прогулку по собственному усмотрению, а Варвара бежала на Васильевский остров. Она бродила по берегу серой реки или между старых домов. Серые улочки, наполненные болью и грустью, как и её воспоминания. Они были словно противоположностью испанской мечте. Здесь не было такого наплыва туристов как в центре, и в то же время витал дух города, воздвигнутого Петром.

В Казани казалось неестественным смешение абсолютно несовместимых вещей, идей. Ислам, христианство и буддизм смешивались в Храме всех религий, как и всё в этом, таком разном и таком едином городе. Приезжая в Казань, она поражалась её индивидуальности и неповторимости. Один город, словно магнитом притягивал к себе противоположности, примеряя и соединяя их. Варвара старалась показать как можно больше, но понимала, что все усилия напрасны. Нельзя узнать и понять город за одни или двое суток. Его можно просто увидеть и запечатлеть на фото.

Варвара ехала по направлению к Москве и чувствовала сильнейшую усталость. Она свернулась калачиком на первом от двери сидении и укрылась пледом, не желая видеть оплывшие лица туристов. После года поездок по России девушка чувствовала в себе постоянное желание сыронизировать, уколоть, когда главной достопримечательностью становился туалет. Куда бы они не приехали, первый вопрос всегда был о нем, особенно если путешествовать отправлялась компания, которая нуждалась в снижении напряжения, стремлении сбежать, как можно дальше от дома. Они начинали расслабляться уже при посадке в автобус, доставая все необходимые реквизиты счастливого отдыха – пиво, водка и закуска. На обратном пути последнее обычно не требовалось, зато возрастала потребность в главной достопримечательности поездки.

Смуглянка открыла двери квартиры, комкая в руках записку, оставленную Лёвой. В очередной раз он просит позвонить и успокоить его. Варвара не стала, как обычно, включать телефон и обнаруживать себя «в зоне доступа», иначе через полчаса надоедливый поклонник примчится. Её раздражали его бесконечные букеты роз и забота о желудке. Для неё уже давно стали привычными перекусы бутербродами или обеды-ужины в кафе. Только приезжая домой, она насыщалась вкусностями, приготовленными Львом. Они могли сходить в кино или театр, но кушали обязательно дома. С одной стороны ей льстила его забота и внимание. Позволять себя любить преуспевающему красивому молодому человеку – мечта большинства девушек. Но иногда в ней пробуждалась лавина раздражения, которая затмевала благодарность. Она вспыхивала и повышала голос, а Лёва терпел, тем самым усиливая вспыхивающую ненависть. На помощь приходили поездки. Варвара покидала пределы столицы, а заодно и отдыхала от его настойчивой любви.

Выспавшись Варвара направилась в офис, надо было сдать отчет о поездке и получить долгожданную зарплату. Полгода назад она взяла в кредит машину, требующую теперь немалых вложений. Автомобиль для нее – это прежде всего свобода передвижения. В свободное время она часто уезжала за город в места, которые они любили посещать вместе с Борисом. Лёве не дозволялось её сопровождать. Приятно было посидеть одной на берегу реки или погулять по лесу, любуясь природой и вспоминая вновь и вновь их счастье и любовь. Единственное, что изменилось с тех пор, как она была здесь с Борисом, – в руках отсутствовал фотоаппарат. Она перестала запечатлевать волнующие кадры, превращая их в живые картинки, хранившие звуки и запахи того места. Варвара бродила между деревьев, прикасаясь к стволам берез и дубов. Сквозь объятия шла энергия, наполняя силой. Холодная вода из ручья бодрила. Девушка набирала её в ладошки, пила мелкими глотками, а затем споласкивала лицо.