– А…. Ты же не местный, – буркнула Роза, – ну, ладно. Надо поесть. Пошли, – повелительным жестом она увлекала его за собой. Они прошли вдоль мрачного здания, обошли его со стороны и вывернули на длинную прямоугольную площадь, заставленную автомобилями. Роза быстрым шагом шла между корпусами машин, и Сол едва поспевал за ней. В какой-то момент она нырнула вбок, скрылась из виду, и Сол испугался, что она убежала. Но повернув, он увидел, что девушка стоит рядом с мотоциклом.

– Шлем возьми, – они всучила Солу черный лоснящийся шлем. Он покрутил его в руках.

– Надевай, – строго посмотрела на него Роза.

Сол безропотно натянул шлем.

Они выехали на окраину города, как определил Сол, потому что высотки почти закончились, сменившись малоэтажными аккуратными домиками и крохотными магазинчиками. Миновав и их, они вырулили на пустынную трассу и проехали еще некоторое время. Наконец, Роза свернула на проселочную дорогу, и неожиданно они выскочили на посыпанную гравием парковку, на которой уже стояли такие же байки.

– Не помпезно, но вполне, – хмыкнула Роза, – пошли, тут вкусно и недорого. Покидаем что-нибудь в желудок, – она отвернулась и размашистым шагом отправилась в хлипкий сарайчик неподалеку. Оттуда доносились музыка, голоса и пахло жареным мясом.

Место, где Роза собиралась поесть, представляло из себя просто длинный деревянный сарай с парой окон и наспех сооруженной летней верандой. Демократичную корявость заведения сглаживал пейзаж – рядом было небольшое чистое озеро с песчаной отмелью, чуть поодаль высокие сосны росли между внушительного размера валунами. Роза и Сол поднялись на веранду, и девушка привычным движением швырнула небольшой рюкзак на одну из скамеек. Сол осмотрелся. На веранде было занято три столика: в самом конце сидела шумная компания молодых людей в кожаных куртках, как у Розы, еще два стола были заняты парочками. Никто не обратил на них внимание.

– Сейчас еду закажу. Выбор тут не богатый, зато вкусно и точно не из дерьма какого-нибудь, – она нырнула в полумрак сарая. Сол нерешительно потоптался и пошел за ней. Внутри темнота была располосована слабыми лучами дневного света, с трудом проникающими через узкие прямоугольные окна, да и их свет мерк от витающего в помещении дыма. Над барной стойкой было светлее – свет попадал туда из окна напротив и отражался в заднем зеркале. Здесь запах жареного мяса был насыщеннее. Роза стояла у стойки и разговаривала с высоким мужчиной лет сорока. Сол встал чуть сбоку, чтобы видеть обоих. Темное обветренное лицо с крупными четкими чертами, крепкий подбородок, широкие плечи, мышцы, рельефно выделяющиеся под плотно сидящей футболкой, пестрый платок на голове, как у Розы, скрывающий лоб. Сол выругался про себя. И тут же ощутил на себе цепкий взгляд мужчины. Он рассматривал Сола всего лишь мгновение, но Солу показалось будто кончики острых когтей слегка царапнули его от макушки до ступней. Он быстро сделал шаг назад и вышел на улицу. Ему стало страшно, но что его так напугало, Сол не смог объяснить даже себе. Он уселся за стол, и в этот момент напротив плюхнулась Роза.

– Сейчас все будет. Я голодная, как волк.

– А с кем ты разговаривала там, внутри?

– Это? Это Грач. Повар местный. Классный дядька, хоть и старый. Он у нас типа хипстер. Говорят, он раньше военным был и даже в горячие точки ездил. Но Грач никогда ничего такого не рассказывает. Хрен от него что услышишь, он все больше молчит. Знаешь ведь таких, да? – Роза уселась на скамейку боком и вытянула ноги. – Так откуда ты, Сол?

Сол вздрогнул от неожиданного вопроса и замялся.

«Надо было хоть посмотреть название места, куда пальцем тыкал, и какую-то легенду сочинить. Идиот!»

– Не хочешь говорить, да? Че, совсем жопа, да? В смысле, там, где жил?

Сол потерянно кивнул.

– Да… Я тоже сбежала от родаков пару лет назад из такого же жопского городка. Один торговый центр, пару кафешек, школа и музей. И скукотища вечная. В такие места хорошо приезжать старикам – ни тебе шума, ни стрессов. А нам, молодым, нужны люди, шум, стресс и движуха! Ведь так, да? – ее манера рассказывать вопросами сбивала Сола с толку. Он постоянно порывался поддакивать, но Роза уже неслась вперед, и из нее вылетало новое «да».

–Короче, я тут якорь и бросила. Сначала по нужде приехала, – она запнулась, – а потом понравилось, и я осталась. Ты чем занимаешься? Учишься, да? Или работаешь? – вопросы вылетали из нее так быстро, что Сол не успевал отвечать.

– Ну, так… Учусь. А чем ты занимаешься? – он дождался крохотной паузы и ворвался в ее монолог.

– Я? Ну… Всяким. Пишу картины, немного играю на ударных в группе. Мы иногда выступаем в барах. Ну и вот… Волонтерство, – она нахмурилась и замолчала. – Не только же дурака валять все время. Надо и нужные для других вещи делать, – она снова замолчала.

– А эти дети… Что с ними? Почему они болеют? – Сол сформулировал вопрос как смог, он и сам не понимал, как об этом надо спросить. В реальном мире дети не болели чем-то серьезным вообще.

– В смысле, почему у них рак, да? – съязвила Роза, – ну, не знаю. Тут предположения у всех разные. Кто-то говорит, что это карма за родительские грехи. Другие – что матери не так и не тем питались, пока беременны были. Что экология у нас отстой… Ты сам выбирай, что тебе по душе, – под конец речи она разозлилась. – Ты словно с другой планеты, Сол! Ты про рак никогда не слышал, да?