— Нет, — сказала Джеки. — Пока нет. Но я интуичу.

Рамос на время оживился.

— И мне не нравится, что управляющий ссылается на чрезмерную занятость, — сказал он. — Неужели базой так часто интересуется федеральная разведка? Пусть даже он чист, как стеклышко, только за это ему стоит поиграть на нервах.

Управляющий оказался низкорослым толстяком, нервы которого играли сами, не нуждаясь в посторонних исполнителях. Он без всяких пререканий предоставил доступ к базам данных, и Джеки принялась проворно прогонять по экрану столбцы цифр. Устроившись рядом с ней, Рамос со скучающим видом следил за управляющим и его помощником. Как ему показалось, те не были перегружены работой. Уставившись на монитор, управляющий только изображал напряженную деятельность. Подчиненные потревожили его лишь однажды, запросив по селектору, отправлять ли заказанное оборудование господину Полифему.

— Да, конечно! — нервно велел управляющий. — И поживее!

Его помощник выглядел еще любопытней. Высокий, моложавый, широкоплечий, предельно молчаливый — это вроде бы вполне нормально, — но лицо его было лишено мимики, как будто это не человек, а восковая марионетка.

— Что там, Джеки? — тихо спросил Рамос, анализируя свои наблюдения.

— Пока ничего особенного, — ответила та. — Только вот что странно — почему-то кроме перерабатывающих цехов имеется цех по производству специального медицинского оборудования. Странное место для такого высокотехнологического производства.

— Все может быть, — сказал Рамос, прокручивая в сознании список странностей. Странные служащие, необычный профиль одного из цехов, интуитивные предчувствия Джеки да и свои собственные. — Может быть, это сделано ради каких-то налоговых махинаций? Кстати, а как в этой фирме обстоит дело с уплатой налогов?

— О, здесь все в порядке! Впечатление такое, что отделение старается даже переплачивать, только бы не иметь лишних проблем с инспекторами.

— Что?! — спросил Рамос. — Вот с этого и надо было начинать! — И, повысив голос, обратился к управляющему: — Вынужден вас огорчить, мистер Скип. Но придется арестовать счета вашего отделения. У вас проблемы с налогами.

— Этого не может быть! — ответил тот, предельно изумленный.

— Наверное, вы удивитесь, но все нарушители закона, с которыми мне приходилось иметь дело, начинали именно с этой фразы… «Брок», я «Ласка», — передал он по рации, — тут что-то странное. Свяжитесь с базой. Пусть пришлет еще один крейсер. И главное — блокируйте базу. Ни один корабль не имеет права покинуть ее без моего личного разрешения.

— Вы причините фирме большие убытки, — заявил управляющий, и его пальцы выбили нервную дробь.

Рамос внимательно следил за реакцией.

— Вы можете подать жалобу в Федеральный Конгресс, — участливо посоветовал он. — Недели через две обязательно получите ответ.

— И у вас будут неприятности?

— Непременно. Могут сделать выговор. Даже испортить формуляр. Послушайте, мистер Скип, а ведь вас сейчас не беспокоят убытки фирмы, — уверенно продолжил Рамос, заглядывая управляющему в глаза. — Зато вас страшно взволновало то обстоятельство, что я не позволил выпустить корабль с медицинским оборудованием для господина Полифема. Теперь мне хотелось бы узнать, что это за оборудование.

Он ожидал увидеть в глазах собеседника новый приступ растерянности, но не дикий ужас. Губы управляющего беззвучно шевелились, а зрачки расширились до последнего предела. Почти выпустив из поля зрения меланхоличного заместителя, Рамос почувствовал резкое движение. На коротком выдохе прозвучал вскрик Джеки.

Помощника управляющего больше не было, обрывки одежды и человеческой кожи разлетелись в стороны, а под ней возникло шерстистое рыжее существо с собачьей мордой. В его лапе мелькнул короткий автомат. Но Джеки опередила всех. У нее в руках возникли сразу два пистолета, и она принялась палить, не вставая с места. Рыжее существо покачнулось, поймав в грудь девятимиллиметровую пулю, а получив их еще три, свалилось на пол с деревянным стуком. Пятая пуля досталась управляющему, который выхватил пистолет из ящика стола и пожелал принять участие в перестрелке.

Три рыжих чужака вломились в распахнувшуюся дверь и были встречены огнем тех же стволов. Джеки стреляла, нажимая на спусковые крючки одновременно.

— Уходим, — сказала она, когда обоймы пистолетов опустели, а рыжие чужаки полегли на пороге. Ее лицо удивленно вытянулось. — Ты что же, совсем не стрелял?

— А зачем? — спросил Рамос— Ты и сама все сделала.

— А если бы я не успела?

— Такого просто не могло быть, — совершенно серьезно сказал Рамос— Ты ведь девушка-всегда-стреляющая-первой.

— Ты просто больной, — сказала Джеки. Только теперь она вспомнила, что пора вставить новые обоймы. — Зачем ты заявил учителю, что нормально себя чувствуешь?

— Потому что это правда. У меня совершенно нормальное настроение. То есть такое, как всегда. Мы ведь собирались куда-то идти?

— Момент! — сказала Джеки, выхватывая из компьютера дискету.

В переходах станции гремела стрельба.

— Попали в переделку, — сказал Рамос, аккуратно освобождая штурмовой автомат из скрюченных пальцев рыжего чужака.