– Я пройду...
– даже не спросил, а предупредил Глеб, разулся, кинул сумку у стены и решительно направился в комнату.

Я закрыла входную дверь и пошла за ним, смирившись с неизбежным.

Взгляд мужчины оказался устремлен только на ребёнка и был таким пристальным, что я опять непроизвольно вздрогнула. Глеб вообще внушал мне робость и был намного старше, чем я ожидала. Безусловно привлекательный мужчина, неудивительно, что выбор Вики пал на него. 

– Такая маленькая!
– пробормотал он, внимательно изучая Верочку, которая кряхтела и сучила ножками. 

– Мы уже набрали необходимый вес, - заступилась я за малышку, хотя и понимала, что он просто констатировал факт, и никого не хотел задеть. По сравнению с ним любой малыш выглядел словно кукольный пупс. 

За свою короткую жизнь Верочка видела не так уж много людей, а посторонние вообще никогда не появлялись в её крохотном мирке, поэтому она уставилась на своего биологического отца такими же как у него голубыми глазами. Сейчас когда они были так близко нужно быть слепой, чтобы не заметить генетического сходства. Со зрением у меня всегда был полный порядок, а вот с нервами - не очень. Я заметно вздрогнула когда Глеб произнёс:

– Красавица... Нет сомнений - моя девочка…

Неожиданно Верочка беззубо улыбнулась словно солнышко показалось в дождливый день. Глеб улыбнулся тоже и улыбка, озарившая его серьезное лицо показалась такой искренней и нежной, что у меня перехватило дыхание и слёзы выступили на глазах. Это оказалось невыносимо трогательно - быть свидетелем встречи отца и дочери. В защитном инстинкте я выхватила малышку из кроватки и прижала к себе. 

Я посмотрела на Глеба: в его глазах засверкали молнии, а губы плотно сжались в недовольстве. Видимо привык, что всё идёт по его планам, а тут я - помеха. Верочка что-то прогулила и схватила мой палец, с неожиданной силой потянув его в рот.

– Нам пора кушать, - смутившись своего порыва сказала я и пошла на кухню. Не хотелось оправдываться за поведение, ведь я считаю себя её матерью. Пусть не биологической, но зато в любом другом плане, который Глебу придётся принимать во внимание. 

Одной рукой я пыталась насыпать смесь в бутылочку, чтобы развести водой. С каждым днём у меня получалось всё лучше и лучше и, честно говоря, мне захотелось блеснуть своими умениями именно сейчас, чтобы показать, что я не пустое место. Впрочем у Верочки были свои планы: она громко заплакала и взбрыкнула, едва не выбив у меня из руки бутылочку, из-за чего смесь просыпалась мимо на стол.

– Ну что ты, что ты моя маленькая! Тише! Сейчас я тебя покормлю…

– Давай её сюда, я подержу, - приказал мне Глеб и протянул руки, на которых поблескивали капли воды. Надо же, успел и руки помыть, и куртку снять.
– Не волнуйся, у меня есть опыт.

Нехотя я передала ему дочь и с удивлением обнаружила, как ловко он её подхватил и как уютно она устроилась у него в могучих руках словно в колыбели. Тут же успокоилась, словно почувствовала его силу и авторитет. Даже думать не хочется, откуда у него подобный опыт, хотя если вспомнить о его семье... Вика, Вика…

Я вздохнула и отвернулась, чтобы заняться приготовлением смеси. Судя по всему малышка в надёжных руках и от осознания этого с одной стороны радостно, а с другой... Внутренности скручиваются в фарш, когда представляю, что за этим может последовать. Надежда на то, что дети ему не нужны на глазах превращается в пыль. Уже сейчас понятно, что договориться нам будет не просто. Оля, Оля... Ну кто ж тебя просил?!

Я взболтала бутылочку и взяла у Глеба девочку, которую он неохотно мне отдал. Вернулась в комнату и села в кресло, удобно устраиваясь. Верочка с громким чмоком присосалась к соске, разбавляя неуютную тишину.

Шорох у двери заставил меня беспокойно поднять глаза и встретиться с умными голубыми глазами. Я заметила каким оценивающе взглядом Глеб окинул меня от макушки до ног. Это сканирование необъяснимо заставило почувствовать своё собственное тело. Причём так как я никогда раньше не чувствовала его. Вероятно он сравнивал меня с сестрой, а понимая как близко они были знакомы я не могла не думать, что Глеб знает моё тело тоже. Вся кожа тут же порозовела от смущения.

– Извините, вам лучше уйти.
– я посадила ребёнка повыше, закрываясь, и прижалась к мягкой нежной щёчке. Не отдам!
– Хочу сразу прояснить, что мы не имеем к вам никаких претензий.

– Кто это мы?

Светлые полосы густых прямых бровей, выделявшихся на загорелом лице, сошлись вместе, а взгляд метнулся на мой палец где не было обручального кольца.

– Малышки и я, конечно. 

– Угу... Однако девочки недостаточно взрослые, чтобы принимать подобные решения.
– сухо добавил мужчина.
– Уверен, что в отсутствии матери им необходимо присутствие отца и претензии впору предъявить мне.

Я едва не задохнулась от злости. Я была права когда решила быть с ним поосторожнее. И тут же получила ещё одно подтверждение своей правоты. Вежливо с неумолимый жёсткостью мужчина заявил: