– Вашу ночную операцию сорвал один из известных в бывших советских республиках киллер, которого там прозвали ПэинКиллер.

Услышав такое дурацкое прозвище, я сказал:

– Чересчур американское прозвище для бывших советских республик, вам так не кажется?

– Вы как всегда очень находчивы, Роман, именно американцы его так и прозвали, – затем нотка в ее голосе изменилась, и она иронично продолжила. – Вам же он известен под прозвищем Анальгин. Благодаря изъятому с городских камер безопасности видеоматериалу нам удалось установить его личность.

Я был немного обескуражен, опустил взгляд вниз, чтобы хорошенько всё обдумать. Не поднимая взгляда, я спросил:

– Что? – это единственное, что я смог сказать.

Затем посмотрел на начальницу, которая довольно шутливо и надменно спросила у меня:

– Скучали?

– Я стараюсь не скучать по людям, которые называют себя в честь таблеток от головы, – после чего я облокотился на стену и пытался не смотреть в сторону Леонидовны, чтобы не наблюдать за ее ехидным выражением лица.

– Эти таблетки не только от головы, – ответила она; к чему это было сказано, я так и не понял. Видимо, чтобы отвести от себя лишние подозрения и не выглядеть в моих глазах виноватой. Ведь именно из-за Иерархии этот псих до сих пор на свободе.

Никита долго молчать не смог, по его виду было заметно, что у него очень много вопросов, и он, не став раздумывать, начал нас расспрашивать:

– Анальгин и ПэинКиллер? Какого черта тут происходит? – он даже не знал, на кого смотреть и от кого ждать ответа на свои вопросы.

Леонидовна посмотрела в мою сторону и безмятежно ответила ему:

– Думаю, больше нет смысла скрывать, – затем она повернулась в сторону подиненного, который продолжал крутить головой и смотреть то на меня, то на Леонидовну. – Ваш школьный приятель – настоящий профессионал в области ликвидации особо опасных личностей, – когда Никита сосредоточил свой взгляд на мне, Бакеева продолжила. – Еще он предотвратил один международный конфликт и позже избавился от группы боевиков на Северном Кавказе.

Меня так в школе никто никогда не хвалил. Я упрекающе посмотрел на Леонидовну, и затем вновь повернулся в сторону друга, который смотрел на меня, как на какого-то второсортного убийцу. Это, конечно, было так, но мне хотелось оставить эту часть жизни втайне от близких мне людей.

Я не стал оправдываться и просто заявил:

– Все было не совсем так!

– А сейчас он кто? – спросил Никита, а после злобно повернулся в сторону наччальницы, – оперативник, киллер? Или все-таки посыльный?!

Не став дожидаться ответа, он развернулся и вышел из кабинета. Я был в замешательстве и продолжал смотреть в сторону. Бакеева встала и подошла ко мне, сказав:

– Рано или поздно он бы узнал.

Я задумался над ее словами и согласился, потому что понимал, что втайне от близких не смогу заниматься подобной деятельностью; рано или поздно у близких всё равно возникнут вопросы.

Спустя несколько минут я вышел из кабинета в коридор и первым делом посмотрел вперед. В конце коридора стоял Никита, который обескураженно смотрел вниз; он так внимательно и сосредоточено смотрел на пол, будто микробов пытался на нем разглядеть. Я спокойно подошел к школьному другу и спросил у него:

– Все нормально?

Я понимал, что он чувствовал. Поэтому был готов к каждому резкому высказыванию, которое он мог сказать. Никита развернулся и, не поднимая голову слишком высоко, спросил:

– Где ты научился убивать боевиков?

– Я пока не знаю, как тебе ответить на этот вопрос!

Никита покивал несколько секунд головой и начал смотреть в мою сторону, его взгляд был серьезен и холоден. Спустя несколько секунд ожидания он достаточно спокойно задал вопрос:

– Ты бы рассказал мне правду, не расскажи ее сегодня Бакеева?

Я понимал, что от моего ответа будет зависеть наше дальнейшее общение, но соврать ему я не смог – он был один из немногих, кто видел меня насквозь, потому, не обдумав, ответил ему:

– Нет.

Друг посмеялся, посмотрел в сторону и через пару секунд сказал:

– Хороший я, значит, друг. Да уж, а ведь мои родители всегда ставили тебя в пример, – затем он опять посмотрел на меня и с презрением продолжил. – Оказалось, они много чего не знали.

После чего он взял, развернулся и зашел в лифт. Не спрашивая меня, он подождал несколько секунд, и убедившись, что я не зайду в лифт, нажал на кнопку «1» и уехал.