– Придется вызывать тяжелую кавалерию, – сказала с такой уверенностью, как будто хотела, чтобы мы облажались, и этим занялся Иланов. – Передай всю эту информацию Иланову и скажи, чтобы он был более гуманным с людьми, которые будут находиться рядом с его целью.

Я взял со стола Бакеевой документ и вышел из кабинета. Оказавшись в коридоре, сразу же достал мобильный телефон и рассказал Иланову про его планы на вечер.

Получив весь имеющийся материал на Васильева, он ловко выхватил документы из моих рук и отошел в сторону, затем присел на диван в техническом отделе и начал изучать информацию. Спустя пять минут он закрыл документ и сказал:

– Ясно!

– Через десять минут будь в штабе, будем разрабатывать план.

После Роман встал и довольный подошел ко мне со словами:

– Если я работаю один, значит и план я разрабатываю один.

Что этот малолетний щенок о себе возомнил?

Опускаться до его уровня я не стал. Просто позволил ему уйти в сторону компьютера, за которым он работал до самого вечера. Буквально за полчаса он разобрался в нашей системе и взломал систему безопасности «ХолкКомпани», затем отследил мобильный телефон Васильева, и изучил план его офиса. Я был удивлен его сообразительности, такого не ожидал.

Примерно в восемь часов вечера он встал и, ничего не сказав, вышел из технического отдела. К его счастью, вся Иерархия просто кишит камерами наблюдения. Я выследил его до кладовки, расположенной на первом этаже. Раньше эта кладовка не использовалась, видимо, новый малолетка Бакеевой нашел ей применение и не удосужился сообщить об этом.

Я подошел к кладовке, зашел внутрь и смотрел, как Иланов в своем фирменном рваном костюме стоит у зеркала, держа в правой руке балаклаву. Он сразу же заметил меня, но разворачиваться не спешил; спустя минуту развернулся и посмотрел на меня очень спокойно, а его взгляд был холодным, словно он смотрел на человека, который стоит у него на пути. Я достал из кармана гарнитуру и кинул в его сторону; он ловко ее поймал, надел на ухо и пошел к выходу. Остановился только тогда, когда я ему сказал:

– Бакеева просила быть более гуманным.

Не знаю, понял Роман или нет, но, не сказав ни слова, вышел, а я пошел в сторону штаба, откуда мы обычно наблюдали за проведением операций. Мы ждали около часа, пока Иланов окажется на позиции. Примерно в десять часов вечера он вышел на связь и доложил, что на месте. Судя по местонахождению, он находился в центре города на крыше многоэтажного здания, в котором на двадцать пятом этаже располагался офис Васильева.

Спустя несколько минут мы услышали через его гарнитуру выстрелы и вопли, которые издавали охранники. Затем последовал звук сильного удара – судя по всему, он проломил дверь в кабинет Виктора Васильева.

После чего я спросил Иланова:

– Ты уже нашел объект?

– Конечно, сейчас прямо на него смотрю, – судя по его голосу, он даже не устал, не было даже одышки. Мы продолжали слушать, что происходит в офисе. – Не двигайся, – громко и грозно сказал Рома.

– И что дальше, прикончишь меня? – спросил Васильев. Это, конечно, было его главной ошибкой. Следующее, что мы услышали – это дикие мужские крики, после которых Иланов сказал:

– Дай-ка подумать.

Не дожидаясь преждевременной кончины мужчины, я сказал Роману:

– Спроси у него, что такое проект сто пятьдесят девять? –Единственное, что мы услышали после, это звук разбитого окна и звук падения, словно кто-то грохнулся на пол. – Какого черта там происходит?

На что Роман заявил:

– Видимо, не только у вас были претензии к этому парню. Кто-то только что прострелил ему голову.

Я был в ярости, и не только от того, что операция пошла не по плану, но и от того, как просто к этому отнесся Иланов. После провала сдержать свой гнев я не смог, и просто ударил по столу, затем в бешенстве вышел из штаба.

6 сентября 2012 года

07:29

Роман Иланов

Я проснулся за одну минуту до сигнала будильника, что в последнее время происходило очень часто. Поднявшись с кровати, я стремительно вышел из своей комнаты, чтобы перекусить.

Когда я зашел на кухню, то был удивлен, встретив там сестру и родителей, которые сидели за столом и завтракали маминой творожной запеканкой. Обычно в это время они должны спать, а не поедать такую вкуснятину. Поздоровавшись, сестра вдруг спросила:

– Где ты был ночью?

Я посмотрел на свою младшую сестренку Настю, которая в этом году пошла в восьмой класс, и сказал:

– Думаю, что тебе еще рано знать такие вещи, сестренка, – я посмотрел в сторону часов, которые висели над холодильником и, улыбнувшись своим родителям, сказал: – я позавтракаю с Кариной.

Затем быстро развернулся.

– Надеюсь, когда-нибудь ты познакомишь нас с ней, – сказала в мою сторону мама. Уже, наверное, про свадьбу и внуков думает.

Мне ничего не оставалось, как остановиться, сделать для родных загадочный вид и ответить: