– Раньше резала себя, чтобы убедиться, что мертва. Теперь режу, чтобы убедиться, что жива. Мне нравится эта боль.

– Наказываешь себя.

– Наверно. – Анжелика дернула плечами, спрятала длинные порезы под рукав.

– Знала, что это произойдет. Рано или поздно кто-нибудь бы проболтался. Странно, что проклятие никто не активировал аж тысячу лет.

– Интернета не было.

– Верно. Интернет – одна большая проблема.

– Я могу сказать, что это пиар, постанова.

– Это ничего не изменит.

– Но прекратятся слухи.

Елена взглянула на Анжелику, желая почувствовать ее. О чем она думает? Неужели и правда ей было легче живым мертвецом? Но Елена больше не могла понять ее, подзеркалить мысли. И это так злило. Она чувствовала себя беспомощным котенком, которого посадили в огромную коробку. Она вновь оказалась в гробу, воздух заканчивался, грудь болела все сильнее.

– Мы подумаем об этом, ладно? Я не знаю, что делать, – сказала Елена, едва сдерживая злость. Ее голос дрожал, выступили слезы.

– Мы же снимем проклятие, правда? – Анжелика повернулась. Елена увидела размазанную тушь, красные щеки и искусанные до крови губы. Капелька стекала по подбородку.

– Я не знаю. Я больше ничего не знаю, – резко ответила Елена, а потом вышла из комнаты, едва сдерживая ярость и слезы. Она устала.

Илья сжал Луну в объятиях и поцеловал в губы. Она позволила себе раствориться в этом мгновении, полностью отдаться ему. С каждым днем она влюблялась все сильнее. Она даже не представляла, что может любить так сильно. А Илья лишь сильнее привязывал ее к своему сердцу, ухаживая, делая подарки, подкалывая и флиртуя. Но, слыша любимое «Волчонок», она готова была засиять, словно солнце.

Луна прижалась к Илье, отвечая на поцелуй. По телу разлилось тепло, и на мгновение она забыла, что новый год они будут отмечать в кругу Великой Ведьмы, что все они потеряли магию, что Прасковья будет быстро стареть, а у самой Великой Ведьмы истекало время. Она забыла обо всем, кроме сильных рук Ильи, его горячих губ. Счастье распирало ее изнутри. И она поняла, что, если бы ей дали выбор: магия или Илья, она бы выбрала Багрова, даже не задумавшись. Он – все, что ей сейчас нужно.

Рука Ильи скользнула под ее блузку, но она оттолкнула его и вздернула брови.

– Если кто-то зайдет?

– Никто не придет. Они заняты.

Луна помотала головой, Илья поднял руки, сдаваясь и развалился на кровати с балдахином в гостевой комнате. Стены были выкрашены в светло-голубой, на полу лежал мягкий пушистый бежевый ковер, на полках расставлены свечи. А окно занавешено тюлем с бабочками и плотными шторами в полоску. Прямо как шторка, которая заменяла дверь в кабинет Анастасии в Ноксе. Луна невольно поежилась, вспоминая работу и ненавистную начальницу.

– Как думаешь, может, позвонить Анастасии? Она же ведьма.

– Не думаю, что она захочет помогать. Кирилл говорит, она вовсю ушла в стройку. До конца следующего года хочет заново открыть Нокс.

– Магия бы ей не помешала. Может… у нее есть знакомые! Провидец!

– Тогда бы она позвала провидца разобраться с духом. – Илья потянул Луну к себе и повалил на кровать, поцеловал ее в шею. – Ты ненавидишь эту женщину.

– Я переживаю. Как Прасковья?

Илья отпустил Луну и лег рядом. Глядя в потолок, он заговорил:

– Прекрасно. Для нее это новое приключение.

Луна услышала нотки тревоги в его голосе. Поняла, что и Багров тоже переживал за бабулю.

– Говорит, люди и в девяносто лет прекрасно живут.

– Багров… – Луна села, посмотрела на Илью. – Елена долго не протянет. А без нее…

– Мы успеем.

Луна кивнула, глядя, как за окном огромными хлопьями падал снег, заметая двор. Вдалеке виднелся Макс, который помогал Варваре лепить снеговика. Девчушка хохотала и все звала Елену присоединиться, но мама лишь мотала головой, незаметно потирая грудь в области сердца.

– Как думаешь, Макс знает?

– Что она стареет?

– Ага.

– Не думаю. Он слишком спокоен.

– Он ее любит.

Луна вновь легла на кровать, прижалась к Илье. Он провел рукой по ее щеке, заглянул в глаза.

– Не переживу, если с тобой что-то случится, – серьезно сказал Илья. – Мы влипли в опасную игру. Помнишь предсказания Кирилла?

– Он видел меня с мамой. Значит, мы попадем в Вечность.

– А еще он видел тебя, пьющую чай с призраками.

– Все будет хорошо, Багров. Нам еще свадьбу организовывать.