Шрифт:
— Абсолютно, — процедила она сквозь сжатые челюсти, часто шмыгая, моргая и с трудом сдерживая накатившие слёзы.
Стив подозвал к себе свою самую старшую и опытную стилистку, после того как та основательно исследовала спутанные клочки рыжих волос — Рамона, что скажешь?
— Работы на два часа, — тяжело вздохнула последняя и серьёзно добавила — Половину придётся всё-таки отрезать!
— Н-е-е-е-т, — закричала Хэппи и безудержно разрыдалась, оттолкнув от себя всех ей сочувствующих, в том числе и Себа.
— Вы… нее понимаете, — горько всхлипывала она — Я их три года отращивала!!!
Некоторые невесты в дальних углах злобно зашушукались — Наверняка она сама скинула во сне на себя эту хрень, а сейчас пытается перед четвёртой раздачей роз очернить и выкинуть других!
— Битч! — еле слышно произнёс кто-то на задворках.
— Драма-Квин, — открыто закатила глаза Кейт.
Стив и его некоторые сотрудники пожали плечами — Подумаешь, ещё отрастут! Тоже мне трагедия… Наклеем тебе Экстеншенс!
— У некоторых не отрастут, — резко прекратила плакать Хэппи и еле слышно произнесла — Каждые три-четыре года я отрезаю сорок сантиметров и жертвую онкобольным детям в госпитале Св. Йозефа…
Все находившиеся в маленькой комнате почти в один миг заткнулись. Многие неловко потупили головы. Один лишь Шон протиснулся сквозь толпу зевак, улыбнулся и протянул ей свою огромную ладонь — Я знаю, как их вытащить не отрезая! Пошли со мной на кухню за маслом.
Лицо Хэппи озарилось благодарной улыбкой, она доверчиво протянула ему свою руку в ответ.
Себ сжал кулаки, но уже через секунду взял себя в руки, поплёвшись вслед за избранными невестами к Мэл, — подробно комментировать всю сложившуюся ситуацию в отдельных интервью…
Во время одной из съёмочных пауз на террасе к нему подошла Энн и начала ему стучать о том, что у Фокси есть кто-то другой, с которым она по собственному признанию якобы вчера встречалась.
Себ изображал во время её доклада огорчённо-внимательный вид, незаметно вытягивал шею, выискивал и не находил глазами пару 'брата и сестры' на кухне.
Через час оба Рыжика вышли чуть ли не в обнимку из главного санузла — вспотевшие с покрасневшими, но счастливыми лицами. В его клешнях её левая ладошка и распутанные клубки пластика.
Огненно-рыжие волосы его Фокси ярко блестели и струились шёлком — на солнце и в тени.
Хэппи вся светилась от счастья, гордо показывая всем свои сохранённые волосы. От наплыва чувств она при всех чмокнула своего спасителя прямо в губы.
Шон провёл рукой по своему 'творчеству' и крепко приобнял её одной рукой за плечо.
— Говорю же, — продолжила нашёптывать ему Энн — Она тайно встречается с ним! А он уже предложил ей стать его официальной девушкой после телешоу… Эта лживая Битч сама много раз говорила нам о том, что больше не хочет находиться здесь!
— Довольно, — перебил он бойкую, похожую на Джиджи Хадид, секретаршу из Глазго — Как насчёт тебя самой? Что ты чувствуешь ко мне? — спросил он её прямо, фиксируя взглядом.
— Я хочу выйти отсюда с тобой, — твёрдо взглянула она ему в глаза — И я буду бороться!
Себ только сейчас подметил её зелёно-карие глаза-хамелеоны с натуральными длинными ресницами. — Может мне стоит узнать и её поближе? — промелькнуло в его мозгу, когда та невзначай скользнула пальцами в глубокий вырез своего белого, как у невесты, А-платья.
В свою четвёртую ночь роз Красавчик Себ, одетый в элегантный тёмно-синий костюм, чувствовал себя на высоте. Увереннее, как никогда. Фокс попалась в его капкан и теперь будет валяться в его ногах! Её субтильные попытки заставить его ревновать, или обратить на себя его внимание другим способом с ним больше не пройдут. Такой неудачник, как Шон, ему однозначно не соперник!
Что вообще она нашла в нём???
— У других матерей есть другие прекрасные дочери, — сказал он самому себе и взял с собой пять бордовых роз.
В Зале его ожидали в два ряда десять красавиц — одна ярче другой. У него сложилось впечатление, будто он попал на церемонию вручения Оскара… На всех девушках сверкали вечерние платья-робы из вычурного текстиля, с неудобными длинными шлейфами и ослепляющими стразами. Его сердце непроизвольно подскочило к горлу, как только его глаза нашли её и окинули с ног до головы: