– Сам заслужил, – отрезала я.

– Здесь находится ванная, – Макс перевёл тему разговора, пройдя в дальний правый угол комнаты и открывая дверь. – Я приготовил тебе халат и полотенце. Как будешь готова, спускайся на завтрак, – и вышел, даже не дав мне возмутиться его наглостью.

Немного посидев в кровати, попыталась прислушаться к себе, но ничего не получилось. После вчерашней подруготерапии мозг не соображал вообще. Я пошла в душ.

Ванная комната была очень просторная, сочетающая светлые и тёмные тона, оттенённые золотыми фрагментами, с изысканной мебелью и душевой зоной. Отдельно стоящая ванна находилась напротив витражных окон, из которых открывался обзор на еловый бор.

Я сняла бельё и зашла в душ. Приятные струйки воды потекли по телу, смывая вчерашнее раздолье и приводя сознание в порядок. На полочке находилось несколько видов гелей и шампуней. У меня было ощущение, будто попала в святая святых и прикасаюсь к чему-то неземному. Взяла один из них и утонула в аромате… После душа нанесла на себя его лосьон для тела и крем для лица и каждой клеточкой впитала моего зверя в себя.

Когда спустилась вниз, Макс сидел за барным столом, смотрел что-то в телефоне и пил кофе. Странно, но в другом доме его даже представить невозможно. Он так схож с этим пространством, с безупречной отделкой и современным дизайном. Дорогой, изысканный, требующий к себе особого внимания. Сочетание светлых и тёмных тонов и капли золота с одной стороны делали интерьер дома спокойным, уютным, надёжным и бесконечно тёплым. Его можно было разглядывать и изучать, находя всё новые и новые задумки автора. Но если посмотреть под другим углом, это был грубый, импульсивный, холодный интерьер. Вызывающий и уверенно стоящий. Самодостаточный и не требующий больше никаких деталей. Но как ни смотри, был в нём магнит, который так притягивал, что невозможно вырваться из плена этих стен. Он сковывал, обездвиживал, и каждая деталь цепляла взгляд, не то что трогать, даже дышать страшно.

Макс увидел меня и жестом пригласил за стол. Меня ждали свежевыжатый апельсиновый сок, овсяная каша с ягодами, нарезанный авокадо и яичница.

– Ты сам готовил? – спросила, присаживаясь рядом с ним.

– Нет. Помощница, – ответил Макс, пристально всматриваясь в меня.

Наступила тишина. Я начала есть, но чувствовала себя, как на расстреле. Он не сводил с меня глаз, а я сейчас не в самом лучшем виде.

«Надо придумать, о чём поговорить, иначе сгорю под его взором. Но как назло, ни одна здравая мысль меня не посещала».

– У тебя красивый дом, – всё-таки нашла стандартную фразу в своём лексиконе.

Он ничего не ответил и всё так же гипнотизировал своей сумасшедшей энергией. Я не могла скрыть своего волнения и уверена, он чувствовал это. Решила не обращать на него внимания и доесть безумно вкусный завтрак, который сейчас был для меня просто необходим.

– Ника, мне очень приятно, что ты не снимаешь мой подарок, – неожиданно сказал Макс, и я чуть не подавилась.

Бросила взгляд на левую кисть, где ослепительно сверкал бриллиант.

– Расцениваю это как то, что ты меня принимаешь. Ведь так? – как всегда, нагло спросил он.

Я молчала.

– Посмотри, мне в глаза, Ника, – мягко, но требовательно попросил он.

– Макс, давай сейчас обойдёмся без твоих сексуальных игр, – и всё-таки посмотрела…

От моих слов он расплылся в чертовски соблазнительной улыбке. Если бы не головная боль, ей-богу, я бы уже стягивала с него штаны, но… голова и гордость не давали мне перешагнуть через себя. Поэтому тут же опустила взгляд.

– Хорошо. Не смотри, – он обошёл барную стойку и встал за спиной. – Так тебе будет легче ответить?

Руками он опёрся о столешницу.

Закрыла глаза и оказалась в замкнутом круге.

– Ника, – прохрипел он мне в шею, – чего ты боишься? Ведь ты ещё вчера меня простила. Я это знаю. Боишься выглядеть слабохарактерной?

Он видел меня насквозь, читал как настольную книгу, а я была бессильна под его влиянием.

– Или что подруги тебя не поймут? Или боишься переступить через свою гордость?

Его губы слегка касались моей шеи, а ощущались, как языки пламени на теле.

– Разве я не прав, Ника?

– Макс, мой мозг сейчас не в состоянии адекватно принимать решение.

– Твоё решение я видел ещё вчера, просто произнеси вслух, – он подключил язык и добавил покусывания.

Тактика была беспроигрышной.

– Говори, Ника!

– Макс…

– Говори! Иначе не отпущу тебя.

– Макс, я…

– Отведу тебя в одну из своих комнат, где буду медленно и больно пытать, – его левая рука скользнула в запах халата на груди, и нежно, едва касаясь, пальчики стали кружить вокруг соска.

– Я принимаю тебя…

Но он не останавливался.

– Макс, я принимаю тебя, – сказала уже громче, пытаясь остановить его руки. – Макс… Прощаю тебя!

Он развернул меня к себе и сказал:

– Ну вот и молодец! Моя умница, – провёл большим пальцем по губам.

А я как преданная собачонка смотрела на него и ждала похвалы. Где же сейчас моя гордость? Видимо, ещё в караоке, допевает Дубцову «О нём».

– Доедай, и покажу тебе дом, – как ни в чём не бывало сказал он.

– Макс, почему ты всегда себя вот так ведёшь? – я осмелела.