И его предложение намного заманчивее, да и жизнь в Германии – это мечта, которая никак не может сравниться с жизнью в Тунисе. Марко понимал, что сильно обидел меня. Он не всегда мог контролировать свои чувства и эмоции. Он так надеялся, что я не пойду на свидание, но я пошла. И это было наша общая ошибка. Вот настал день, когда все же пришлось заговорить. Мама начала разговор со мной: «Дорогая, ты сама понимаешь, что мне нужно ехать, никто не разрешит мне оставаться здесь так долго. Сегодня сам Фифи подходил ко мне и чётко дал понять, что после выходных мне надо освободить комнату. На днях я буду бронировать билет себе, нам нужно ехать. Не забывай у нас очень много костюмов, которые нужно везти домой. Я предлагаю тебе, Алексу и мне ехать всем вместе. Сама видишь, сезон окончен, это было замечательное приключение, но все рано или поздно заканчивается. Ты пойми, что с Марко у тебя нет будущего, я не хочу, чтобы он разбил твое сердце. Давай поедем домой. Тебя там ждёт Рома, он ведь страдает, давай мы вернёмся и всё забудем, ты будешь жить прежней жизнью, а это приключение останется в твоей памяти». Я кивнула головой и пообещала, что поеду домой. Мне было очень плохо, но поделиться было не с кем, потому что никто бы не смог найти слова, как вычеркнуть любимого из своего сердца. С самого утра лил дождь. Погода была такой же, паршивой, как мое настроение. Я нашла время и подозвала Марко, кивнув в сторону дискотеки. Там было темно и безлюдно, у нас было время поговорить наедине.

Я долго рассказывала ему о том, как тяжело мне принимать решение об уезде, но я не видела выхода из этой ситуации. Я ждала предложения от него найти какой-то выход, но он молчал, просто молчал и нервно курил. За все это время Марко не произнёс ни слова. Я не могла понять, что у него в голове. Прошло ещё немного времени, и пришло понимание, что я не добьюсь ответа. Я выбежала прочь, хлопнув тяжелой дверью. Весь день мы ни сказали друг другу ни слова. Вечером на диско, немец подошел попрощаться со мной. Он обнял меня и очень долго говорил. Он говорил, как ему жаль, что все так вышло, что он надеется, что я все же передумаю, и еще много всего. Тут неожиданно подлетел Марко, оттащил его от меня. Я думала, что Марко его ударит, но он сдержался. Немец отошел и изумленно смотрел на нас, а Марко схватил меня за руку и потащил в гримерку. Там мы долго кричали друг на друга, наговорили много всего, чтобы сделать друг другу больно. Мы знали друг о друге слишком много, и ранили друг друга очень глубоко. Эта ссора продолжалась на протяжении дороги в бунгало и уже там, в нашу ссору вмешалась мама. Она пыталась забрать меня в комнату, но я сопротивлялась. Марко тоже хотел, чтобы мы ушли, а я пыталась отправить маму обратно, но она сказала, что уйдет только вместе со мной. Когда мы вернулись, мама долго уговаривала меня рассказать, что произошло, но я молчала. Я лишь дрожащим голосом произнесла: «Мамочка, я знаю, что ты переживаешь. Но пойми, я хочу разобраться во всём сама».

Глава седьмая

Утром я позвонила Мухамежу сама и договорилась о покупке билетов, которые уже через час были у меня на почте. Вечером мы забрали костюмы и начали паковать. Марко ничего не знал, так как весь день работал на пляже. Он понял, что происходит только тогда, когда увидел в проходе чемоданы. Он спросил у Алекса, тот подтвердил, что мы улетаем послезавтра рано утром. Марко понял, что у него остались ровно сутки, чтобы что-то предпринять или он потеряет меня навсегда. Он несколько раз пытался поговорить со мной, но я молча уходила от него. Он подкараулил меня, когда я шла в бунгало после диско. Он догнал и крепко обнял меня. Он сказал: «Милая, я знаю, ты, наверное, ненавидишь меня, у нас остался всего один день и последний вечер. Прошу, ради того, что между нами было, проведи этот вечер со мной». Я расплакалась, как же хорошо было в его объятиях. Его тепло, его запах, он стал таким родным. Я не могла ему отказать. Мы пошли в не большой уютный ресторанчик, который был рядом с отелем и который мы так любили. Там он заказал любимое блюдо и мой любимый пина-колада, а себе виски. Ему было одновременно очень плохо и хорошо. Он не мог понять своего состояния. Он смотрел на меня и не мог оторваться. И я понимала, что это родное лицо завтра уже не увижу. Мы долго говорили, плакали, смеялись. Это был самый не забываемый вечер. Марко отошел к ди-джею и попросил поставить песню. Раздалась любимая мелодия: «Oh, been twice, it just another day for you and me in paradise».

Я танцевала в объятиях любимого. Вечер плавно перешел в ночь. Мы поднялись в номер и провели замечательную ночь. Он уговорил меня остаться. Для меня это был серьезный шаг, ведь это означало огромный конфликт с мамой, но я не могла поступить иначе. На рассвете мы вернулись в бунгало, где у меня случился очень неприятный разговор с мамой. Мама была в шоке от того, что я передумала. Это было возмутительно, но заставить меня силой лететь домой было невозможно, а уговоры не помогали. Она вылетела на улицу, где она столкнулась с Марко и закричала:

– Что ты сделал с моей дочерью? Ты поломаешь ей жизнь!

– Я люблю ее. Я не хотел обидеть вас, но я не могу жить без нее.

– Вот это меня и пугает. Какое у вас будущее, о чем вы думаете? Я обещаю, что сделаю все, что в моих силах, чтобы в итоге вы не были вместе.

Мама, не желая больше ничего слышать, ушла. Поняв, что я не изменю своего решения, до самого уезда она больше не сказала мне ни слова до самого уезда.

Мама с Алексом уехали, а Мухамед был совсем не удивлен, он видел, как мы были влюблены. Он сдал мой билет и дал нам еще один месяц работы, это означало, что у нас появилось еще немного времени придумать, как остаться вместе, не расставаясь на зиму. Мухамед лишь пообещал, что на следующий сезон он пригласит нас работать в один и тот же отель как можно раньше, ещё до начала сезона, но обеспечить нас работой зимой в Турции он никак не мог, потому что большинство отелей закрывается.

Это был самый счастливый месяц, мы стали еще ближе друг другу и не расставались ни на секунду. Даже на работе, каждую свободную секунду мы пересекались, чтобы посмотреть друг другу в глаза. В выходные ездили в любимый Манавгат, там мы гуляли, смотрели фильмы, ходили в любимое кафе на берегу реки, пили кофе, много говорили, ели сладости, шутили, целовались. Еще Марко тратил много времени, чтобы найти отель, где мы смогли бы работать зимой, но ничего не получалось. Месяц был на исходе, когда стало четко понятно, что остаться на зиму в Турции невозможно.

Я уже смирилась с мыслью, что я поеду домой. Марко придумал план. Он отдал большую часть заработанных денег мне, я должна была прилететь в Москву, там пойти в ближайшее агентство и купить путевку в Тунис в город, где он живет. Я должна была прилететь как обычная туристка, и уже там Марко планировал через знакомых организовать гостевую визу для меня. Там его родная страна и там ему смогут помочь. Так мы смогли бы перезимовать и на следующий сезон вернуться обратно в Турцию.

Всё было бы хорошо, если бы я не почувствовала слабость и тошноту. Вначале я думала, что просто отравилась каким-то продуктом, но потом меня стали одолевать сомнения. Я решила сделать тест на беременность, и он показал положительный результат. Так было 3 раза подряд. Я сказала об этом Марко, в наши планы совсем не входило рождение ребёнка. У нас всё было впереди, не было общего дома, стабильной работы. Срок был всего недели три. Мы через знакомых нашли врача и решили этот вопрос. Я не винила его или себя. Я решила, что просто не время. Куча времени будет потом, лет через пять, когда мы оба станем на ноги и вернёмся к этому вопросу.

Глава восьмая

Настал день прощаться. Я не могла поверить, что совсем скоро расстанусь со своим любимым, но он подбадривал, как мог. Скрашивало лишь ожидание скорой встречи. Для меня был организован трансфер до аэропорта. Марко поехал со мной. По пути мы еще раз обговорили дальнейшие действия. Марко был очень взволнован, но не хотел это показывать, его разрывало от тоски. В аэропорту в ожидании начала регистрации мы сели в кафе попить кофе. Я сидела, пила кофе, смотрела в глаза своему смуглому кучерявому ангелу и была так счастлива, но в то же время тоска начала прокрадываться в душу. Я смотрела на него, как будто в последний раз. Как этот человек смог стать всего за несколько месяцев таким родным? Я видела его, а вокруг расплывалась вся остальная суета. Все остальное было так не важно, и действительно центром Вселенной был он. Я взглянула на часы, которые он подарил мне, было пора идти. Я прошла регистрацию, сдала багаж, и настало время расставаться. Мы молча поднялись на второй этаж, остановились друг напротив друга, крепко обнялись. Любимый произнес хриплым голосом: «Милая, хорошего полета. Поскорей возвращайся ко мне. Я уже по тебе скучаю. Я люблю тебя Мэл, я буду тебя ждать. Тебе пора идти. Иди и помни обо мне. Пока тебя не будет со мной рядом, мне будет очень плохо дорогая».