“Я бы сказал, что он будет победным… Да Нибрас, я сделаю это в самом конце, чтобы раздавить Пака”.

Лидер цыган закрыл глаза и обхватил свою шею, начав её массировать. Потом он медленно встал из-за стола, в процессе случайно ударив по нему коленом.

“Все признаки усталости и алкогольного опьянения на лицо. Он не спал примерно 25 часов”.

Зевнув, он обратился к тому крупному телохранителю с автоматом — тот ответил. И потом цыганский наркобарон ушёл в другую комнату.

“Отлично, овечка осталась беззащитной!”

“Да, вот только её стерегут трое пастухов, и у них в арсенале есть не только палки”.

“Мика бы здесь пригодилась да, Раш?”

“Да. Когда присутствуют две фигуры, то количество стратегий многократно возрастает”.

Раш ухватился за потолочную балку и сжал её настолько сильно, что пальцы вдавились в дерево, будто металлические клещи. Потом он перекинул ноги через лестничные перила и повис на одной руке. Поджав ноги для незаметности, он вцепился и левой рукой в балку, а далее Раш начал передвигаться по ней вперёд как по рельсе. В итоге он оказался поверх того круглого стола.

“Я не вижу, где здесь можно бесшумно спуститься” — сказал Раш. И поджав ноги ещё сильнее, он ступил ими на потолок, будто на пол.

“Тогда нам стоит напасть на того громилу с автоматом, — предложил Нибрас. — К тому же он самый трезвый из всех”.

“Дельная мысль, Нибрас, незаметное нападение — одна из немногих тактик, где силами противника можно пренебречь. Однако если мы поднимем шумиху, то нам придётся сражаться и со всеми, кто стоит снаружи. Будет бойня, в которой наш шанс на выживание составит примерно 17 %”.

“Даже если ты используешь Ауру?”

“С ней уже 38 %”.

“Ну а если ты освободишь меня?”

“100 %. Но это крайний вариант”.

Раш словно паук пополз дальше по потолку. Прекратив движения над дверью, куда ранее вошёл лидер цыган, он внимательно осмотрел окружение. Оно было угловым, а за спиной Раша находилась выпирающая из стены колонна.

“Раш, как ты думаешь, он уже заснул?”

“Да, заснул. И хорошо, что он не закрыл за собой дверь”.

Он снова повис, держась за балки. И потом его висячие расслабленные ноги коснулись стены позади и напряглись. Руки отпустили хват. Следом тело Раша пулей стрельнуло в тёмную комнату. Он прокатился там по полу, погасив наращенную кинетическую энергию, а затем тот мигом вскочил и подбежал к двери.

Местные охранники слышали каждый шорох, но когда они кинули взгляды на комнату своего босса, то застали, только захлопнувшуюся дверь. В этом жесте даже распознавалось некое гневное утверждение: “Побеспокоите мой сон — убью!”

Теперь Раш остался наедине со своей целью. Цыган спал и, судя по тому, что подушки находились выше его головы, он попросту не дополз до них, а отрубился сразу, как только упал в кровать.

Это позволило Рашу забрать одну подушку.

“Подушка-удушка? Это банально, Раш!” — бодро произнёс Нибрас.

Раш начал скручивать мягкое изделие в руках.

“Это не для него — расслабленно, но слегка недовольно ответил он. — Шаги… тот громила идёт сюда. Видимо он решил всё же убедиться, относительно этих звуков. Скорее всего, у него уже был неудачный опыт в качестве телохранителя — вот откуда эта излишняя осторожность”.

Когда телохранитель открыл дверь, то на него уже бежал некто держащий подушку около своего лица. Настороженный бугай успел лишь скинуть с плеча автомат, как Раш подобно быку сразил его. Мощный, но смягчённый удар украл его дыхание и твёрдую поверхность из-под ног. Следующее, что почувствовал громила, была сильная боль в спине от контакта со стеной, и в этот раз дыхание спёрло так, будто лёгкие и вовсе выпрыгнули из тела.

Раш сделал резкий разворот и на микросекунду встал боком, прикрыв лицо левой рукой. Правая же рука была вооружена подушкой, и это мягкое изделие по завершающей траектории от разворота исполнило роль гигантской боксёрской перчатки, что скользнула по лицу недруга.

Глухой тяжелый удар — и красный плевок.

Двое цыган, что сидели за столом, вдруг вздёрнулись и торопливо попытались подняться. Один сделал это без затруднений, другой же начал предпринимать лишь попытки выползти из стула, будто перевёрнута черепаха; он поднимался и проваливался, поднимался и снова проваливался.

Раш атаковал его первым. Высоко подпрыгнув, он занёс подушку над головой. И когда Раш ступил на стол, то подушка тоже опустилась. Стул, в котором застрял цыган, развалился на множество обломков, тем самым освободив своего заложника, однако теперь тот и вовсе перестал двигаться.

“Ууу! Это было больно! — с пылу сказал Нибрас. — Ты ему случайно не по “яйкам” зарядил?”

Другой стражник уже успел вынуть пистолет и приготовился выстрелить Рашу в спину.

Тот заметил на стене опасную тень и, прикрыв лицо подушкой, он быстро развернулся, схватил со стола почти пустую бутылку и швырнул её. Она попала в грудь — не туда, куда рассчитывал попасть Раш, однако этого хватило, чтобы прервать будущий выстрел. Раш подобрал ещё одну бутылку и, подняв подушку чуть выше — так чтобы было видно ноги неприятеля, он вновь запулил стеклянный снаряд.