— Нам туда, — сказал Раш, легко кивнув на тот дом.

— И как мы туда проникнем? — спросила Мика. — Цыгане ведь всегда держатся особняком и проворачивают свою чернуху только через сородичей. Никакое внедрение не поможет. И тем более незаметно поубивать их так же не получится.

— Да, ты права. В его комнате как минимум должно обитать человек пять. Это ещё повезло, что цыганская преступность обычно не объединяется с другой — у них настолько плотные бандитские лагеря, что они даже не взаимодействуют с другими бандами, а предпочитают рубить деньги из своих обозначенных территорий. А красть у своих — это для них один из самых страшных грехов.

— Ну, тогда выбора нет! — противоречиво обрадовалась Мика. И указав пальцем на одного из цыган, что наверняка прятал под курткой оружие, она проговорила: — Раз, дали ему в глаз! — Её палец, ноготь которого был покрыт рубином, переплыл на другого стражника и неторопливо, она продолжила считать: — Два, треснет его балда! — И на другого, а потом ещё на несколько: — Три, мозги с асфальта сотри! Четыре, будут разбросаны кишки по квартире! Пять, будешь два дня подыхать! Шесть, через трубочку сможешь есть! Семь, голова его обратится в пельмень! Восемь, количество зубов не спросим! Девять…

— Мика мы не собираемся их всех убивать, — остановил её Раш.

— Ну, ты же демон?! Разве какая-то кучка людей сможет тебя одолеть?

— Эта кучка людей — и куча огнестрельного оружия. И ещё больше будет поющего свинца, что разорвёт моё тело в клочья. После такого я точно не восстановлюсь. У меня есть ограничения Мика.

“Но раз нельзя нападать в открытую и незаметно, то как мы попадём внутрь? — сказал Нибрас. — Без боя здесь точно не обойтись”.

— Раш, а что насчёт твоей ловкости? — спросила Мика.

— Да, я весьма быстрый… хочешь привлечь внимание, чтобы я проскочил незаметно через окно на втором этаже?

— О, видишь-видишь, мы уже понимаем друг друга без слов! — воскликнула Мика, и охапкой обняла Раша, на нём повиснув. — Мы уже как два старичка, что вместе прожили пятьдесят лет!

— Тогда тебе лучше выбрать маскировку: наркоманки. Если что у них торгуют в основном женщины.

— Я поняла и уже придумала, как этим воспользоваться, — в улыбке закрыв глаза, Мика продолжила висеть на нём. Она носила тёплую бледно-зелёную куртку с бело-чёрным мехом вверху. Она была расстёгнута, и поэтому Мика принимала тепло Раша. Однако тот не чувствовал ни холода, ни тепла.

— Отлично… ну, я пошёл… Нужно заранее занять удобную позицию, — с помощью завершающей тональности Раш пытался отделить её от себя.

— Ага…

Пауза…

— В таком положении я не могу ходить. Мика, ты позволишь?..

— Нет…

— Хочешь, чтобы я силой тебя отклеил?

— Да…

Раш вздохнул…

— Мика послушай… — заговорил он, плавно отслонив её от себя, чтобы сказать прямо в глаза, — мы и вправду должны поторопиться. От этого зависит твоя жизнь. Я не знаю, как Пак отреагирует на твоё присутствие в качестве моего союзника. Обычно он убивает всех.

— Хорошо Раш… — в понимающем тоне сказала она и отошла. Однако потом её голос дополнился огнём и чем-то, напоминающим угрозу: — Но, когда мы покончим с этим… я из тебя все соки выжму.

Затем она ушла в сторону и к центру рассадника цыганского бандитизма…

“Раш… даже я сейчас почувствовал, чем будет чреват твой отказ” — дополнил Нибрас.

“Да. Однако после того как мы переспим, она может потерять ко мне интерес, она свободный зверь, который делает всё что хочет. Но подманивать её и держать где-то посередине тоже не вариант, тут ты прав, Нибрас. Она легко распознаёт любую манипуляцию с моей стороны. Даже если моё управление обладает всего лишь 2 % хваткой, она всё равно это увидит и поставит ультиматум”.

“То есть этим высказыванием она имела в виду: “Не надо мной управлять, я всё вижу. Но на первый раз прощаю?””

“Да, как-то так. Ладно, идём”.

Мика жила одна и поэтому выборка одежды для Раша, так же была единственной: женские штаны, что осели на нём, имели широко-вольный формат и неплохо подошли к его ногам — пусть и коротковаты, однако высокие берцы компенсировали это. Белый свитер с капюшоном и мехом наверху заметно расширился от его мускулов и из-за этого облик Раша в целом никак не напоминал женский.

Накинув белый капюшон на свои чёрные волосы, он неторопливо зашагал по правой стороне этого морально-мрачного болота.

Мика пошла напрямую и, приблизившись к автомобилю, что стоял ближе всех к главному логову, она ударила двумя руками по капоту. Водитель вздрогнул, как и рядом стоящая цыганка. Затем Мика торопливо оббежала транспорт и засунула голову в открытое окно.

— Что почём? — дрожащим голосом спросила она. — Каким сырьём маринуешься, брат?

— Аптека, Мерседес, Настя, может что-то из Каши?