– Теперь это нам мало поможет, воспользуйтесь своими способностями.

Глеб взглянул в чёрный бархат мглы, окружившей их, и закрыл глаза. Тотчас внутренним взором он увидел открывшуюся глазам сухую, безжизненную пустыню, уходящую в чёрное звёздное небо, песок и гравий под ногами, и солнце, ярко пылающее на звёздном небосводе. Вика схватилась за его руку и Глеб положил свою ладонь на её.

– Я всё вижу!
– Шепнула она.

– Умничка!
– Похвалил её Глеб.

Дервиш постоял, ожидая, пока ученики освоятся с новым видением, и произнёс:

– Ну, что же, вижу, вы делаете успехи! Идёмте!

Шагая, Глеб видел всё вокруг, не поворачивая головы. Он видел себя и Вику, идущую с ним под руку, видел Трутнёва, следущего за ними, Дервиша, спокойно шагающего впереди. Глеб захотел посмотреть себе под ноги и увидел свои сандалии. Под ними был мелкий и крупный гравий, состоящий из разных пород камня. Он открывал глаза, но перед ними была лишь темнота, и он снова их закрывал. Дервиш обходил огромную кучу камней и рухнувшую плиту из стены храма. Искатели обогнули развалины и вышли к плоской равнине, подступающей к полуразрушенным стенам.

– О, боже!
– Воскликнула Вика.

Перед ними расстилалось белое поле с чёрным деревом посредине.

– Вика! Чего ты ипугалась?
– Обернулся к ней Дервиш.

– Ведь это же то поле, о котором говорила Агафья!

– А, вот ты о чём!
– Понимающе кивнул Дервиш.
– Да, это то самое поле. Ну и что, ведь это всего лишь останки?

– Не знаю.
– Смутилась Вика.
– Просто неприятно.

– Когда-то из Храма Первого Леса народ, благословенный Создателями, ушёл в мир, чтобы нести Жизнь, - задумчиво произнёс Дервиш, - и сюда же он вернулся, чтобы умереть.

Глеб внимательно посмотрел вокруг. То, что сначала воспринималось, как человеческие кости, было просто кучками тлена, точно запечатлевшего форму костей. Останки давно рассыпались, превратившись в труху, и костная мука, словно мел, покрывала большое поле. Издалека оно казалось белым, но вблизи было видно, что ветра, иногда возникающие в разрежённой атмосфере, смешали костные останки с песком и загнали в гравий, и теперь белые холмики лежали под каждым камешком. Кое-где виднелись чёрные воронки - следы от ударов молнии.

– Что это? Или кто это?
– Спросил Глеб, имея в виду лежащие в поле останки.
– Это члены Общины Света?

– Да! И ещё те, что пришли с ними к Храму искать спасения!

– Но ведь Община Света переселилась в Амритайю?
– Удивился Слава.
– Ты же сам рассказывал.

– Не все члены общины захотели покинуть Храм. Многие из них, зная, что смерти нет, остались, чтобы потом, после его возрождения, снова в него вернуться.

Искатели молча смотрели на молчаливое свидетельство великой трагедии, когда-то разыгравшейся здесь. Обожжённое окаменевшее чёрное дерево ясно виднелось на фоне поля белых костей.

– Как же Агафья смогла всё это увидеть?
– Спросила Вика.

– Сон - путешествие духа. Иногда он улетает очень далеко. Сила Разума безмерна, потому что она - Сила Жизни, и нет ничего, что могло бы ей противостоять.

– Это ведь был вещий сон?

– То, что Агафья видела во сне, вы тоже сможете видеть, и для этого вам совсем не обязательно спать! Да вот даже прямо сейчас вы сможете её увидеть, если захотите! Где она, что говорит, что сейчас делает!

– Как это?
– Удивилась Вика.

Дервиш остановился, и посмотрел на неё с хитрой улыбкой:

– А ты не сомневайся, Вика, ты просто захоти!

Глеб неожиданно увидел то, что видела сейчас Вика: в знакомом доме, за кухонным столом сидела Агафья.

Глава 29. Санджа

Глеб ощутил тепло печки, знакомые запахи агафьиного дома. Он сидел за столом, рядом с ним были Вика и Слава. Агафья посмотрела на них, улыбаясь, и отвернулась, продолжая разговор с сидящей перед ней пожилой женщиной. Та растерянно и недоверчиво смотрела на Агафью удивлённо раскрытыми глазами. Агафья, вздыхая и сердясь на упрямство и неразумность своей посетительницы, спрашивала её:

– Да кто тебе сказал-то такое?

– Так Пашка Скуряков видел, как они мешки тащили!
– Разводила руками женщина.
– Говорит, своими глазами! Средь бела дня с Федькой на пару и несли! Ему с чего врать-то?

– Брешет он, чтобы выпивку с тебя выманить! Не они это, говорю тебе! У брата своего ищи, всё в сарае у него лежит!

– Так как же? Что-ж ты такое говоришь, Агафьюшка?
– Всплеснула руками женщина.
– Венечка ведь брат мой? Не мог он!

– Всё! Устала я! Старая я уже, тяжело мне!
– Агафья махнула рукой.
– Иди, поступай как знаешь!