Тело продолжало парить в воздухе…

— Не похоже, что они пытались сдержать этой клеткой Великого, — с сомнением говорю я, осматривая обломки.

— Смотри внимательнее, Джесс, — Маркус показал пальцем на одну из частей куба.

Присмотревшись, я увидел множество маленьких трещин, не доходящих до наружного слоя куба.

— Как это возможно? Он изнутри был…

— Именно так, ОНА сама все это время медленно разрушала свою темницу, нужно лишь было помочь ей совершить последний шаг.

Словно повинуясь его словам. Тело, застывшее в воздухе, начало медленно лететь в нашу сторону. Трубки отрывались от костюма выплескивая из себя остатки содержимого.

Маркус подставил руки чтобы аккуратно поймать неведомую мне женщину.

Облегающий комбинезон выявлял исхудавшее тело: тонкие руки, ноги с торчащими коленками и тазовыми костями, острые плечи, грудь которой почти и не было, на спине выступал позвоночник вместе с лопатками.

— Она прекрасна! — чуть ли не плача от счастья сказал Маркус.

Он медленно коснулся пальцами застежки на ее шее, сдвинув руку расстегнул маску, закрывающую лицо и сорвал ее одним движением, наконец явив моему взору лицо незнакомки.

В моем мозгу произошел взрыв. Все воспоминания разом нахлынули, словно кто-то прорвал плотину, сдерживающую их.

Я закричал от ужаса и гнева. Прыгнул вперед, повинуясь какому-то неясному желанию остановить ее, убить и растерзать.

Не долетев всего метр меня остановило в воздухе.

Рэне очнулась и лежа на полу протянула в мою сторону руку не позволяя дотянуться до этой женщины.

Я должен ее убить! Должен!

Дрожащими руками призываю пистолет, навожусь и жму спусковой крючок.

Грохот выстрела наполняет помещение, и больше ничего…

Пуля медленно покидает ствол кружась в воздухе, а затем и вовсе падает.

Маркус начинает смеяться, видя обреченное выражение на моем лице.

— О, моя девочка, некрасиво нападать на старых друзей, — сказал он с ехидной улыбкой.

С этими словами он достал из кармана своего пиджака шприц, зубами снял пластиковый защитный колпачок и мастерски воткнул в шею женщины.

Ее лицо, осунувшееся, похожее на живой изможденный труп, с белой кожей, пересохшими губами с налетом какой-то вязкой зеленой слизи, и полностью гладкая голова без волос.

— Что ты наделал?! — срываюсь на крик, скорее из обреченности нежели злости.

Ведь я вспомнил. Вспомнил кто она.

Она погибель всего человечества. Та, кто может в одночасье погубить весь людской род и уничтожить планету — Мадлен Питчер, по прозвищу “Эмпти” …

Та женщина, которой я даровал свою силу, но лишь потом понял, что натворил и какого монстра породил. Она пыталась уничтожить все, захватить.

Она монстр…

Женщина медленно открывается глаза. Маркус тут же отпускает руки позволяя Мадлен воспарить в воздух и зависнуть над землей. Ее ремни на комбинезоне связывающие руки и ноги между собой сами собой развязываются, даруя телу долгожданную свободу, а взгляд ее ярких зеленых глаз уставился на меня…

— Ну здравствуй, Великий, — с нежной улыбкой сказала она.

Я ничего не ответил, точнее только хотел открыть рот, чтобы произнести первое слово, как она резко оказалась возле меня закрыв его ладонью.

— Тише, помолчи, — прошептала женщина.

Ее пальцы нежно, почти неуловимо прошлись по моей щеке, затем шее, кончик ногтя легонько царапнул ключицу заставив мурашки пробежаться по моему телу, а затем она провела подушечками по моему раненому плечу. Подковырнув засохшую кровь, она положила ее себе на язык и начала смаковать, закатив глаза.

С ее губ сорвался стон, заставивший меня задрожать от смеси страха и какого-то странного возбуждения.

— Госпожа, в вашем состоянии неблагоразумно пробовать чужую кровь, ваш иммунитет…

Маркус начал было ей что-то говорить, но Мадлен медленно повернула к нему голову одаривая удивленным вопросительным взглядом. Она так делала всякий раз, когда ее прерывали, не давая совершить какое-то любимое занятие, словно, она искренне удивлялась тому, что кто-то осмелился потревожить ее.

Высокомерная тварь!

— Маркус, милый, не мешай, — ответила она ласково, но в тоже время с явной угрозой, — Ее кровь такая же на вкус, что и у Великого, — затем она вновь погладила меня по щеке, и волосам, пока я парил в воздухе смотря на нее, не имея возможности двинуться, — Мне плевать какое у тебя тело, ты все равно прекрасна!