Исхудавший, с впалыми щеками и огромными синяками под глазами он стоял в белом комбинезоне перед стеклом, не сводя своего пристального взгляда. Не моргая, он шел в такт со мной в сторону выхода, а затем остановился, достигнув стены своей камеры.

Парень был сам на себя не похож.

Пока он стоял, то постоянно исчезал. Вот он здесь, а затем исчез, секунда и вновь появился, и так постоянно, словно подстраиваясь под моргание моих глаз.

Также на его лице было множество шрамов, а ногти рук окровавлены. Даже не хочу представлять, что он с собой сделал.

— Неприятное зрелище, именно здесь рождается половина злодеев, — сказал Маркус подойдя ко мне, — Представь, как будет весело выпустить их всех отсюда?

Я ничего не ответил. Он лишь дразнит меня, пытается как-то задеть словами или же специально провоцирует, а может ему вообще плевать на мои эмоции, и он просто говорит, что думает… не знаю.

Мы пошли дальше. Я слышал за спиной мольбы о помощи, но остался глух к ним. Мне нет дела до этих людей, застрявших тут по своей собственной глупости. Уверен, их заманили сюда, а они и не догадывались, что попадают в ловушку. Терпели до последнего все эксперименты, пока не поняли, что уже выбраться не получится.

Выйдя из помещения с камерами заключения, наша компания попала в следующий коридор. Такой же белый и длинный, вот только по бокам не было никаких отделов и лабораторий. Сплошной прямой коридор, ведущий к герметичным воротам в самом конце.

С потолка сквозь открывшиеся люки начали спрыгивать дроны. Приземляясь на ноги, они тут же начинали стрелять в нас из своего оружия. Маркусу даже говорить ничего не пришлось, Рэне сама выскочила вперед, останавливая ладонью смертоносные снаряды. На этот раз и я сам не стал ничего пытаться предпринять. Если Рэне не справится, то мы умрем, тут и так понятно. Плотность огня такая, что увернуться нереально для меня, поэтому не вижу смысла как-то пытаться увернуться. Если только убежать назад и переждать за защитной дверью, разделяющей помещения.

Рэне с такой же легкостью расправлялась с роботами, от чего у меня развивались сомнения о их полезности в целом для комплекса.

Кто вообще делает дронов, созданными защитить, такими слабыми?

Хотя, мне кажется, я подозреваю кто мог сотворить подобное. Один из моих старых знакомых, который являлся чуть ли не лучшим инженером в “Сентинел”, да и во всем мире, чего уж таить. Он любил конструировать роботов, как и все, что связано с техникой в целом, и это больше похоже на его ранние изобретения, которые были устрашающими, но только для обычного человека или слабого героя. Хотя, может они не ожидали встретить здесь телекинетика достаточно сильного, чтобы силой мысли останавливать летящие пули?

— Догадываюсь, о чем ты размышляешь, — задумчиво сказал Маркус с усмешкой, — Почему охрана такая слабая?

— Да, она и не такая слабая как хотелось бы, но и не столь сильная, — поделился я своими наблюдениями.

— Ее хватит, чтобы сдержать врага до прибытия героя, именно поэтому я отвлек их взрывами.

Так значит взрывы все-таки были созданы для отвлечения и рассредоточения? Понятно. Маркус хорошо подготовился к подобному. Взорвал тюрьму выпуская на волю огромное количество преступников на улицы города, где они будут отвлекать на себя все внимание супергероев и полиции. Уверен, он взорвал и психиатрическую лечебницу, там тоже сидят маньяки и психопаты всех мастей, которым не нашлось места в тюрьме — слишком опасны они для нее.

— Думаешь поможет? — с сомнением смотрю на мужчину.

Все-таки не хотелось бы встречаться с Хайденом при таких обстоятельствах. Хотя, мне как студентке можно притвориться невинной жертвой, заложницей, которая попала в плен к злодею и просит супергероя о помощи. В купе с моей привлекательной внешностью, уверен Хайден поспешит помочь, он очень падок на красивых девушек.

Жесть. Уже размышляю как соблазнить и понравиться герою предавшего меня.

Докатились.

Но, с другой стороны, эта новая жизнь научила меня быть более изворотливым. Всегда можно пойти иначе, выбрать другой путь. Именно так я сейчас стою рядом с Маркусом и иду вглубь секретной лаборатории, а не лежу на полу мертвым рядом с Кэтрин, пожелав остановить этого злодея. Если бы во мне взыграли геройские чувства, то все закончилось бы печально… очень печально.

Как только Рэне закончила молотить роботов и сжимать их до размера консервной банки, мы наконец дошли до конца коридора и остановились около усиленной двери. По сравнению со всеми встреченными нам ранее, она внушала больше чувства безопасности.

Оглядев ее, я заметил несколько мониторов требующих приложить ладонь, а также просканировать сетчатку глаза.

— Рэне, дорогая, тут нужна твоя помощь, — вновь попросил Маркус.

Вот только в этот раз, я усомнился, что она вообще сможет как-то повлиять своей силой на эту прочную дверь. Давление во сколько тысяч тонн нужно чтобы сдавить ее хоть немного? А приподнять? Вот, теперь действительно видно, что это защищенный объект, где хранится нечто важное, а не просто чулан с пробирками и белыми халатами.

Темнокожая девушка посмотрела на дверь, и мне показалось, что на секунду, в ее пустом взгляде, появилась некая осмысленность, но вскоре исчезла.

Рэне завела руку за спину и видимо, нажала что-то на своем поясе, от которого трубки с жидкостью поступали в ее мозг и по ним заструилось неведомое мне вещество. Девушка закричала от боли, из ее носа потекла кровь, а из глаз потекли алые слезы едва различимые на темного цвета коже. Она упала на одно колено упираясь руками в пол, ее тело дрожало, плечи то и дело дергались как в каком-то припадке.