Шрифт:
Этим мужчиной был Леонид.
– Ты как здесь?! – удивленно воскликнула она, подавляя в себе желание, обнять его.
– Я приехал проводить вас, – он понял, что в данном случае должен держаться официально. Амалия приняла букет. Он склонился и поцеловал ее руку.
– Как неожиданно приятно, благодарю, – сдержанно ответила Лия.
Происходящее привлекло внимание коллег.
– В букете записка, там перечислены произведения, я хочу, чтобы вы прослушали их, Амалия Анатольевна.
– Непременно, Леонид! – она пыталась сдерживать улыбку.
– Я сойду с ума, в ожидании нашей следующей встречи, Лия, – прошептал Леонид, склонившись к Амалии.
– Я тоже, с нетерпением буду ждать ее…
Проводник пригласила пассажиров на посадку. Леонид остался стоять на пироне, пока вагон не скрылся из вида.
3. Буцефал
Непривычно пустынная стоянка перед заводоуправлением, за рулем Герман приехал сам, личного водителя отпустил на карантин. Ни к чему напрасно подвергать здоровье человека опасности. Да и вообще Герман многое делал сам.
Его отец всю жизнь проработал на таком же заводе начальником установки, мама преподавала в школе русский язык и литературу. С самого юного возраста все лето Герман проводил в деревне у бабушки с дедом, помогал по хозяйству по мери сил и возможности, ходил на колонку за водой, поливал огород, колок дрова, убирал урожай.
Учеба давалась Герману легко, в особенности математика и физика, нет, занудным отличником он никогда не был, шалил и проказничал, как и полагается мальчишке, но учился хорошо, почти все пятерки. Спортом особо не увлекался, но и слабаком не слыл. Дрался когда положено, заступался за девчонок, местную шпану не боялся. Чувство справедливости тоже было очень сильно развито в нем с самого детства. Иногда за это Герману попадало от мальчишек. Они не понимали, почему он защищает тех, над кем принято издеваться сообща.
Институт Герман закончил с красным дипломов и сразу же получил приглашение на работу на крупное предприятие. Смышленого юношу быстро заметило начальство, и карьера стала стремительно продвигаться, сначала оператор, механик, а затем и начальник установки. Последние годы он занимал должность заместителя главного инженера, взяв на себе всю ответственность за бесперебойную работу целого завода.
Сегодня Герману предстояло провести производственное совещание, не он-лайн, как в последнее время, а лицом к лицу с производственниками. Он сразу из дома приехал в спецовке, чтобы после совещания выехать на осмотр установок вместе с коллегами, нельзя же просиживать все время в офисном кресле, отписываясь на многочисленные чиновничьи указания.
Производство было особо важным, процесс непрерывным и требующим постоянного внимания. И самое главное, это производство было делом всей его жизни.
Трудовые будни в условиях карантина проходили не особо напряженно. Основной персонал распустили по домам, оставив только самых важных линейщиков, механиков, начальников установок. Стандартный утренний селектор, производственный сводки, немногочисленные переговоры. Больше всего нагрузка в эти дни ложилась на компьютерный сектор. В короткие сроки требовалось перевести полторы сотни человек на удаленную работу дома, с соблюдением всех требований информационной безопасности компании. Но ИТ сектор и без него прекрасно справлялся с поставленной задачей, без участия Германа. Авралов и срочной работы не ожидалось, а впереди были два выходных.
Ни девушки, ни любовницы у Германа в этом городе не было. Все как-то времени не хватало заниматься поисками. Развелся он давно.
На работе сотрудницы, конечно же, постоянно строили ему глазки, особенно когда стало известно, что он холост.
Пришлось объяснять своему привлекательному секретарю, с чувственным именем Любовь и грудью, какого-то явно запредельного размера, что декольте на рабочем месте неуместно. Оно конечно привлекало его внимание, когда она склонялась, подавая ему кофе, но мешало работать.
С начальником кадровой службы ситуация осложнялась тем, что эффектной женщине по факту предъявить было не чего. Завуалированный флирт коллеги сводился к пристальным взглядам, неуместным прикосновениям и попытками все время увести разговор от рабочего русла.
– С вашим появлением, Герман Эммануилович, завод расцвел, – подкалывал его зам. – Девчонки все подтянулись, принарядились, идешь и любуешься, не завод, а подиум. Выбирай любую!
Петр Сергеевич, мужчина лет пятидесяти, работал на заводе без малого двадцать пять лет. Он был не по годам свеж и физически совершенен. Обладал прекрасным чувством юмора и обожал женщин. Он делал это открыто, и не стесняясь. И женщина отвечали ему взаимностью. К тому же Петр Сергеевич знал завод как свои пять пальцев и быстро стал павой рукой нового директора.
– Ты наговоришь, Петр Сергеевич!
– А почему нет! Ты мужик видный, к тому же холостой, глядишь и присмотрел бы кого.
– Не на меня они заглядываются, а на должность, ищут быстрого карьерного роста и обеспеченной жизни. Служебные романы я не одобряю.
– Ну и зря! – мечтательно потянулся на стуле зам. – Эх, будь я помоложе!
– Я итак с ними ели справляюсь, а уж если выбирать начну.
– Гер, они тебя растерзают, пока делят, – смеялся зам.
Герман лишь отмахивался.