– Идет!

– Отлично! – обрадовалась Алена.

Решили вновь провести занятие с Буцефалом.

Сначала повторили теорию, как подходить к лошади, как садиться, как вести себя в седле. На этот раз Герман оседлал Буцефала без вмешательства Алены. Затем повторили наклоны, чтобы научиться держать равновесие. Потом попытки сидеть с отведенными в разные стороны рукам. Ну и, самое интересное и мучительное для Германа – рысь.

– Раз-два, вверх-вниз, – считала Алена, но у него никак не выходило.

Спустя полчаса Герман устало плюхнулся в седло.

– Тебе надо почувствовать коня. Понять темп и ритм его движений, – огорчалась его неудачам Алена, – может быть, я как-то непонятно объясняю?

– Да нет, видимо, я совсем не приспособлен к верховой езде, – вздохнул Герман.

– Погоди-ка, – глаза ее озорно блеснули.

– Что?

– Сейчас. Слезай!

Видя энтузиазм Алены, Герману не оставалось ничего другого, кроме как повиноваться.

– Жди нас здесь, – строго приказала Алена и отправилась с Буцефалом в конюшню.

Спустя десять минут они вернулись, на Буцефале было другое седло.

– Все это конечно на грани абсурда, – глаза ее горели. – Ты худой, я худая, может получиться.

– Что может получиться? – удивленно поднял брови Герман.

– Знаешь, почему я вожусь с тобой? – серьезно спросила она.

– Нет.

– Моего коня зовут Буцефал. Это неспроста. Ты слышал о легендарном коне Александра Македонского?

Герман отрицательно помотал головой.

– Буцефал, был любимым конем Александра Македонского. По преданию, это был конь невероятной красоты и мощи, опытные наездники пытались оседлать его, но животное не покорялось. И тогда, юный еще Александр, вызвался сам объездить коня. Царевич погладил животное, пробежался рядом с ним, и затем запрыгнул на голую спину.

– Познавательно…

– Моего Буцефала хотели отбраковать. Он никому не давался. Дикий и неуправляемый жеребец. Он выбрал меня сам. Послушнее животного я не встречала, но никто другой не смеет седлать его. Кормить, мыть – это, пожалуйста, но проехаться верхом он не позволит. Ты понравился ему, и это поразило меня.

– То есть, ты посадила меня на бешенного и не управляемого коня?

– В целом да, – спокойно призналась Алена, – но я была уверена в твоей безопасности на все сто процентов. Поверь, я умею брать на себя ответственность за жизнь других людей.

– Пуф, – фыркнул Герман на манер Буцефала.

– Послушай, я же прекрасно знаю его, и улавливаю настроение. Я знаю, когда он сердиться, знаю, когда напуган, голоден или счастлив. Конь – это живое существо. Оно вполне предсказуемое, надо только уметь считывать сигналы.

– Окей, что за идея? Ты хочешь привязать меня к лошади за ноги, чтобы он таскал меня по кругу, мордой в землю, как на диком западе, пока до меня, наконец, не дойдет, как следует ездить на нем?

– Классная идея, – засмеялась Алена. – Но, нет!

– Фуух…

– Мы поедем на нем вдвоем! – радостно объявила Алена.

– О, ну это не страшно, – обрадовался Герман.

– Это седло для выездки самого большого размера, оно конечно шире, но все равно, уместиться на нем могут только два худышки, как мы. Садись.

Герман взобрался на лошадь уже более уверенно. Действия Алены были схожи с короткой программой в гимнастике. Она подпрыгнула, подтянулась, оперлась руками на свободную часть седла, уселась на коня боком, затем лихо перемахнула правой ногой прямо над ушами Буцефала. Подвинулась на подъем сиденья, максимально близко к луке седла, оставляя Герману удобное пространство.

– Пошли, – скомандовала она коню и тот неторопливо зашагал.

Места катастрофически не хватало. Они сидели, вплотную прижавшись, друг к другу. От Алены пахло фруктовым шампунем, приятными духами и сеном. А дыхание Германа касалось ее уха.

– Как тебе, удобно? – обернулась она.

– Отлично!

– Сейчас мы попробуем рысь. Ты будешь двигаться в такт со мной. Ты не чувствуешь лошадь, попробуй почувствовать меня. Хорошо?

Это был скорее, риторический вопрос, не почувствовать Алену было невозможно. Ее ягодицы, обтянутые в белоснежные бриджи, вплотную прижимались прямо к его ширинке, а волосы щекотали лицо.

– Готов? – громко спросила Алена.

Ее тело подтянулось, мышцы напряглись.

– Готов, – подтвердил Герман,

Происходящее оставалось для него загадкой.

Алена плотнее сжала коня коленями, тем самым еще сильнее вжимаясь в Германа, стремени у нее не было. Полноценно сидел в седле только Герман, ноги в стремени, в руках поводья.

– Буцефал, рысь, – скомандовала девушка.

Лошадь зашагала ритмичнее, набирая темп все больше и больше.

Алена легко приподнималась, скользя по его телу. Каждый раз, когда Германа подкидывало, она успевала привстать.