— Чтобы вы позаботились об их благополучном возвращении.

— Ха… — Красивые, словно рисованные брови женщины взлетели вверх. — Известно ли тебе, что мы, ведьмы, никогда не помогаем людям даром?

— Хорошо, что ты хочешь в награду, — тут же согласилась я.

— Кровь.

— Для чего тебе моя кровь? Почему-то я за все расплачиваюсь кровью.

— Твоя кровь бесценна. Если ты готова заключить со мной сделку, я позабочусь о твоих спутниках.

— А разве у меня есть выбор? — спросила я.

— Пожалуй, нет, если тебе дороги эти люди.

— Ты мне так и не ответила: для чего нужна моя кровь?

— Тебе этого знать не нужно. Придет время, сама узнаешь.

— Что ж, раз это тайна, настаивать не стану. Я готова заплатить, — сказала я и вынула нож.

Глаза верховой ведьмы зажглись алчным азартом. Тут же передо мной появилась чаша. Привычная мне процедура закончилась так же, как и предыдущие. Как только чаша наполнилась кровью, вмиг исчезла. Колдунья окинула меня искрометным взглядом, схватила за руку, и я ощутила, что нахожусь в воздухе.

Через какое-то время шум и давление воздуха прекратилось. Я поняла, что стою на твердой земле. Открыв глаза, огляделась. Находилась я посреди огромных скал, ведьмы возле меня не было. Недалеко от меня на пологой скале виднелась фигура молоденькой девушки. Ее руки и ноги были прикованы к скале, а глаза закрыты от яркого солнца.

Я достала фляжку с водой и направилась к девушке. Закрыв собой солнце, легонько пошлепала ее по щекам. Девушка очнулась. Увидев меня, она вначале ужаснулась, затем изрядно удивилась. Ее пересохшие губы шевельнулись, но она ничего не смогла сказать. Я поднесла фляжку к ее губам и дала попить. Девушка кивнула в знак благодарности и опять закрыла глаза.

— Да, несладко тебе жариться на открытом солнце, — сказала я и, сделав несколько глотков воды, убрала фляжку в мешок.

— Ты Ореолла? — сдавленно прошептала она.

— Да. И ты, наверное, знаешь, зачем я здесь?

— Нет. Мне неизвестно для чего ты здесь.

— Я пришла, чтобы спасти тебя от смерти. Но за свое спасение ты должна будешь дать клятву, что поможешь мне пройти чрез Врата Смерти. Ты же понимаешь, что мы люди никогда не помогаем ведьмам даром?

— Я согласна на сделку. Клянусь самым дорогим, что у меня есть — жизнями сестер.

— Жизнями сестер? — удивилась я.

Теперь я поняла, почему старуха велела мне взять кожаный мешочек с шеи ведьмы. Я вынула нож и поднесла его к ведьме. Та со страхом взглянула на нож, потом на меня. Я не придала значение ее испугу и срезала висевший на шее кожаный мешочек.

— Верну, когда сделка состоится. Видимо для тебя жизни сестер ничего не стоят, раз ты так легко поставила их на кон.

Ведьма окинула меня яростным взглядом, затем вздохнула и опустила глаза. Стало ясно, что я попала прямо в яблочко.

День подходил к концу, и солнце начало скрываться за вершинами скал. Я прогулялась поблизости, высматривая подходящее место для ночлега и выбрав его под отвесной скалой, вытащила из мешка спальник, затем отправилась собирать хворост. В горах было много низкорослого кустарника, поэтому дровами запастись на всю ночь не составило труда. Я разожгла костер, вытащила из мешка все съестные запасы. Ведьма не поскупилась.

Плотно наевшись, решила угостить девушку, но она наотрез отказалась.

— Как хочешь, — пожала я плечами. — Ты не знаешь, откуда появится монстр? Я смотрю, здесь нет ни пещер, ни глубоких нор, ничего, что могло навести меня на след.

— Не знаю, но слышала, о нем говорят, что он повсюду.

— И придет именно сюда?

— Да. Это Пологи — жертвенная скала. Один раз в месяц перед полнолунием сюда приковывают девушку для жертвы каменозавру. В этот раз жертвой оказалась я.

— И что, каждый месяц вы жертвуете одной ведьмой?

— Нет. Из ведьм я первая.

— Для чего такие жертвы? Какую опасность представляет собой каменозавр?

— Я точно не знаю, но говорят, что, если ему не подносить жертву, он рассвирепеет и станет убивать. Слетуч, Ведьград окажутся под ударом в первую очередь.

— Почему никто не пытался убить этого монстра?

— Видимо, это невозможно. Говорят, он бессмертен.

— Значит, бессмертен… — мысли вслух. — Ладно, придется проверить, насколько он бессмертен.

Габриэла с жалостью посмотрела на меня, затем закрыла глаза. Я поняла по ее взгляду, что она не надеется на спасение, не верит в то, что я одолею каменозавра.