Приготовив ужин и наигравшись с питомцем, Ёла стала ждать отца. Звонить, спрашивать, где он — это не было в правилах семьи Хмелевских, пусть отныне она и небольшая, но всё же.

Девушка нашла, чем себя занять — заранее выполнила приличный объем работы, подготовив очередной отчёт на понедельник, прочитала семь глав энциклопедии по уходу за щенком ротвейлера, и, наконец, укутавшись в плед вместе с Эрни, засела у телевизора в гостиной смотреть фильм ужасов.

Владимир Владимирович Хмелевский не показался на пороге и поздним вечером.

«Всё! Зарыбачился, отец! Наверное, опять с Леонидом Николаевичем застряли на берегу. Позвонить Майе Сергеевне? Ну, он же у меня не маленький! Наесться ухи — приедет!» — подумала Ёла и перекочевала с маленьким другом в свою комнату.

Спальное место у Эрни находилось напротив изголовья кровати хозяйки. Устроив малыша на мягкой лежанке, Хмелевская взялась за книгу, которую читала на протяжении нескольких последних вечеров перед сном.

Читала она долго, прежде чем в полумраке вспыхнул и погас экран телефона. Ёла отложила книгу на прикроватную тумбу и обратилась взором к гаджету. Пришло сообщение от Гедианова. Почему-то сердце радостно забилось, а уголки губ взметнулись вверх.

Переписка

Костя: «Днем я записал Эрни к частному ветеринару. Его приёмы я буду сам оплачивать» (Скинул адрес и время).

Ёла: «Какой у нас, щедрый папочка!»

Ёла: «Спасибо»

Костя: «Почему ты ещё не спишь? На часах ровно три часа ночи».

Ёла: «Положительные эмоции от Эрни!!! А ты почему не спишь?»

Костя: «Слишком мягкая кровать».

Ёла: «Как устроился?»

Костя: «Всё, как обещали. Всё хорошо!»

Хмелевская подумала о фотографиях, которые размещены в прессе. Она очень хотела предупредить новый скандал.

Ёла: «Ты мне доверяешь?»

Костя: «Да. А в чём дело?»

Ёла: «Я должна тебе кое-что сказать. Не хочу терять наше общение, если что…»

Через мгновение на экране высветилось имя соседа. Чтобы не нагнетать ситуацию, девушка как можно быстрее приняла вызов.

— Привет! Что там у тебя опять случилось? — в динамике раздался низкий голос Гедианова, в котором вычленялись нотки нетерпения и беспокойства.

— Привет, Костя! Подожди. Не гони лошадей. Нам же некуда торопиться? Позволь мне всё рассказать спокойно, — протараторила в трубку Хмелевская и принялась медленно вдыхать и выдыхать.

Чутье молодого человека, приплясывая, запело весёлую песню, подавая хозяину отчётливый сигнал об интересе и выгоде.

— Пусть будет по-твоему. Я не буду пылить и перебивать. Слушаю, — спокойно и уверенно произнес Константин.

Слова мужчины воодушевили Ёлу, и она размеренно начала повествование.

— В общем, в минувшую среду я посещала одно мероприятие, которое проходило в поместье Ледянского Дмитрия Павловича. Я была с папой, и Елагины тоже там были. В какой-то момент нас попросили попозировать фотографу, и Матвей поцеловал меня… в щёку. На следующий день фотографию опубликовали с заголовком, в котором нас с Матвеем объявили женихом и невестой. Так-то так, — ответом Хмелевской было молчание, — Костя, ты здесь?

— Здесь, — отозвался Гедианов.

— В этом же нет ничего страшного, правда?

Костя быстро сообразил, что его подруга бережет их отношения, а самое главное, он понял, что представился прекрасный момент ответить взаимностью и подстраховать себя, на тот случай, если Александрову всё же взбредёт в голову мысль шантажировать, имеющейся у него информацией.

— Один вопрос, Ёла, Елагин не спекулирует данной фотографией?

— Нет. Все понимают, что статья — это всего лишь байка журналистов.

— Я тебя услышал. Я хочу взять слово.

Хмелевская напряглась и нервно сглотнула.

— Бери, — хрипловато выдала она.

— Вчера было мало времени объясниться. Тем не менее, я должен поставить тебя в известность о том, что за мной числятся несколько нехороших поступков. Каждый человек может посмотреть на это по-своему, лично я действительно сожалею об этом.

— Насколько всё страшно?

— Я способствовал действиям плохих людей. Разозлился на этот мир, что всё так несправедливо вышло в родном городе, и в какой-то момент подумал, что имею на это право.

Ёла закивала головой, хотя собеседник не мог видеть её жеста.

— Лучше при личной встрече, Костя.

— Ты права, это не телефонный разговор.

— Вот каким образом Александров «пригласил» тебя к себе работать, — Хмелевская догадалась, что у отчима имеется «грязная» папка на соседа.

— Ёла, дай мне слово, что не полезешь в это дело.

— Конечно, я не полезу, — произнесла она вслух, а про себя додумала: «Но что-нибудь я непременно сделаю», — спасибо за откровенность.