В первую очередь отыскали жилую каюту и еду, чтобы привести в порядок и накормить зелёных. Акиве предложил, и Дэм вполне с ним согласился. Измождённые долгим пленом и тем, что они, наверняка, считали издевательствами, инопланетяне вряд ли могли вдумчиво сотрудничать.

Пока Акиве обихаживал зелёных и (по его словам) отслеживал их мысленный диалог, Дэм прогулялся по кораблю. Положение судна на боку мало смущало, поскольку вампирская ловкость позволяла едва замечать трудности. Странное чувство охватило на борту трофея. Впервые он подумал о том, как бесконечно труден и долог окажется путь от костра в пещере и кремневых скребков до такой вот техники, до изысканного комфорта. Придётся заново учиться возделывать поля и приручать животных, спать на едва прикрытой мхом земле, а волшебные дары цивилизации видеть лишь в мечтах и гаснущей без вампирской подпитки памяти.

Стоит ли игра свеч? Не слишком ли большую жертву принесут бессмертные? Хватит ли у них духу довести дело до конца? Если у призрака ничего не получится, можно будет пожать голыми плечами и сказать сокрушённо, но пряча в душе сумасшедшую радость: как жаль. Дэм прислушался к себе и понял, что горечи и облегчения в любом случае испытает поровну. Нельзя сказать, что вампиром быть исключительно хорошо, а человеком только плохо, да и наоборот тоже. Любой выбор не путь под горку, а ломка сознания и боль души.

Акиве сумел договориться с зелёными и все трое возились в лаборатории корабля, отыскивая целое имущество. Дэм стоял в сторонке и прикидывал, насколько легко будет выломать ту или иную вещь и сподручно ли потом нести.

Глядя на сокрушаемую безжалостно совершенную технику, он осознал, что материальные предметы крайне легко превращаются в хлам. Штаны быстро износились, когда не стало людей, способных сделать новые. Вот эти приборы, над созданием которых трудились лучшие умы зелёных, выломаны из креплений и выглядят жалким мусором. Вещи недолговечны, их короткое существование всего-навсего фон для жизни души. Без них обойтись можно, а без других людей — нет. Самое главное даётся бесплатно, и, вероятно, поэтому так дёшево ценится.

Сомнения больше не мучили. Он ведь не один пойдёт в пугающую человеческую жизнь, а с Лилитой. В том и суть, что одинокий вампир бесконечно пуст, а двое людей смогут наполнить друг друга, словно сосуды, чей нектар становится сладостнее от бескорыстного дарения.

Акиве вон не колеблется. Он так упорно и вдохновенно грабит чужой корабль, так самозабвенно обманывает замороченных до предела зелёных, что и тени сомнения не возникает в его стойкой решимости. Как его твёрдость пригодится в будущем! Отличный получится товарищ в новом бытии. Замечательная их ждёт жизнь.

Лучше, правда, дом построить заранее, пока в руках ещё бродит вампирская сила.

Всё реквизированное отнесли в полуразрушенный цех и спрятали там. Зелёных заперли на их корабле. Сами ушли в одну из руин попрочнее, на случай если с орбиты опять забросят удочку смерча или просто спустятся карать чужих и спасть своих.

Дэм спал беспокойно. Привычное забытье перемежалось вспышками мучительного света. Вампиры редко видят сны, ещё реже бредовые. Дэм очнулся после заката в странном состоянии озлобленной пустоты. Он так привык просыпаться рядом с Лилитой, что на мирно сопящего Акиве поглядел почти с отвращением. Ладно, впереди ещё несколько сумасшедших ночей, а потом настанет день. Всё решено, всё сбудется.

— Вставай! — буркнул Дэм. — Товарищ ты хороший, но дома мы себе построим разные.

Акиве сладко зевнул.

— Конечно. Нам ведь будет чем заняться помимо дружеской беседы.

Всё имущество оказалось на месте: и реквизированное оборудование и посиневшие от утомления зелёные.

— А давай их отпустим, — предложил Акиве. — Во-первых, надоело их на себе таскать, во-вторых, начнём новую жизнь с доброго дела. Они подадут сигнал своим на орбиту и за ними прилетят. Может быть, увидев наше великодушие, инопланетяне отстанут от вампиров и от Земли.

— Точно, а крысам дадим не яду, а мармеладу, — буркнул Дэм. — А кто будет разбираться с научным барахлом без помощи зелёных?

— Они сами в нём не рубят, всё что умеют — кнопки нажимать, а этому и я научился.

Дэм вздохнул. Плохо проведенная ночь сделала его сварливым.

— Ладно, пойдём, сообщим ребятам цвета молодой травы благую весть об их грядущей свободе и быстрее смоемся. Нас ждут. Там призраку нужны приборы, а остальным бойцы, поскольку если у крыс от нашего зерна случилось несварение желудка, они могут прийти выяснять причину и быстро её найдут.

Акиве улыбнулся до ушей, и они отправились в путь. Днём моросил дождик, и земля дышала влагой. Тёплая мягкая ночь сладко вливалась в лёгкие. Бежалось легко, хотя имущество так и норовило уязвить бесчисленным количеством острых углов. Акиве оглядывался, спотыкаясь от усердия.

— Ждёшь, когда спустится за твоими зелёными прекрасный космический корабль? — спросил Дэм.

— Хочется ещё раз на него посмотреть. Мы ведь этого никогда больше не увидим, — он подумал и добавил: — Надеюсь.