– А мидийских магов я лично видел, – неожиданно воскрес в углу «умерший» Уйбар, резко приходя в сознание, – с теми он вообще рядом не сидел.

– Но если они такие важные, – подал голос Эбар, опять подбираясь к не оконченной крынке, – то почему такой невзрачный мидииц с девчачьим голосом ходит за ними при оружии, которое, как ты говоришь он и в руках держать не умеет?

– Вот этим-то он не понятен. А всё непонятное настораживает. А ты росписи их видел, Эбар? – спросил Асаргад меняя тему, – я на степных и лесных колдунов насмотрелся при царской бане и будучи у них в гостях. Было дело пару раз. У тех рисунки наколоты, а у этих нет. Они у них какие-то странные, будто проложены цветными нитями под кожей. Я такое в первый раз вижу и даже не слышал ни о чём подобном. Хотя сам знаешь. Я их культуру в подробностях изучаю. У меня аж мурашки забегали по коже, пока я разглядывал рыжуху. Это что-то чудовищно страшное. Колдовская сила от неё так и прёт. Не приведи Ахурамазда ей эту силу выпустить. К тому же мы видели только троих из них, а коней в конюшне, кроме наших аж двенадцать штук стоит. Сам считал. И все кони как один дорогие и дородные. Не из простых и не для девичьих прогулок.

В бане вновь повисла звенящая тишина. Париться расхотелось, как обрезало, хотя пиво полностью допили, пуская крынку по братскому кругу. Только сделали это молча.

Выйдя после бани к трапезе, встретили за столом хмурого хозяина, сидевшего в одиночестве. Ратимир осмотрев ордынцев по очереди, как бы пересчитывая, удовлетворённо пробасил:

– Ну и то ладно. Баню хоть от крови с кишками не придётся скоблить. Садитесь, гости дорогие к столу, будем ужинать.

Асаргад уселся напротив радушного Ратимира, и смотря прямо ему в глаза спросил:

– Что это с ними за лысый мидииц непонятного сословия?

Ратимир от неожиданности вопроса даже крякнул, откидываясь назад и выпятив на вопрошающего глаза.

– Удивил ты меня воин. Не скрою. Я-то думал, ты спросишь в первую очередь кто ОНИ такие.

Конец ознакомительного фрагмента.