Шрифт:
— Что, Ваше Величество? — не понял распорядитель замка.
— Они не поверили, что я отпущу их, думая, что я хочу уничтожить их семьи, — пояснила Кайла. — Ты веришь мне?
Сайв колебался, вглядываясь в удивительные лавандовые глаза.
— Да, Ваше Величество, — ответил он, решившись. — Я видел и слышал собственными ушами достаточно, чтобы поверить. Они — нет. Лишь в этом разница.
— Хорошо, — удовлетворенно кивнула Королева, продолжив путь. — Я полагаюсь на тебя. Я буду в библиотеке. Позови меня, когда будет готов завтрак. Отправь на кухню помощь, если в этом есть необходимость. Обсуди с Лиаром и Виэрсом плату за их труд. И за свой. Пусть они назначат жалования всем, кто обслуживает и прислуживает в замке.
— Да, Ваше Величество, — поклонился Сайв, останавливаясь.
Провожая Королеву задумчивым взглядом.
Одхран
Она сводила его с ума.
Каждая брачная татуировка для него, как копье в сердце.
Он не сомневается, что скоро на ее руках расцветут все шесть, включая некроманта.
Зачем он может быть ей нужен?
Она его ненавидит, а он… он тоже. В начале. Теперь же…
У него более не было сомнений…
Пять тысяч лет…
Он так долго ждал ее…
У драконов нет полигамии. Есть Пары. Истинные. Встретившиеся однажды и навсегда. Даже после смерти. Их Души находят друг друга снова и снова в каждой из последующих жизней!
Как он мог это понять раньше, если она оказалась в тебе той, которую он так ненавидел и презирал?
Как он мог это понять, зная, что она уже связана? И ни с одним мужчиной!
Это должно было быть невозможно, если она его Единственная и все же…
Он слышал о случаях, когда истинные Пары так и не складывались. Некий катаклизм, сбой Вселенной, который обрекал одного или сразу обоих на смерть или безумие.
Одхран обхватил голову руками.
Он был зол. Был в ярости и одновременно возбуждался и горел изнутри при одном лишь воспоминании о жаждущем его, взгляде. До сих пор чувствовал на языке привкус аромата ее вожделения, ядом проникший, въевшийся в каждый гребаный атом его тела!
Она хочет его. В этом он уверен.
"В его случае выбирать не приходиться", — горько усмехнулся древний дракон.
Он станет лучшим из ее любовников!
Он заставит ее думать о себе!
О, она не сможет не думать о нем!
Так же как и он…
Глава 27. Я должна проснуться!
Кайла явилась к завтраку совершенно не чувствуя аппетита, но старательно жевала все, что подносила ко рту, периодически бросая взгляд на пустующее место наглого, самовлюбленного, эгоистичного, нарцистичного…
Королева отвела глаза от его стула и попыталась сосредоточиться на "аппетитно" запеченной рыбке.
Кайлу не оставляло ощущение, что дракон опаздывает вовсе не по долгу службы. Уже не в первый раз. Он словно умышленно обращает на себя внимание. Или подчеркивает свое пренебрежение или хрен его знает, что у этого козла на уме!
Тяжелые двери открылись. В них уверенно вошел Одхран, направившись к столу размеренным ленивым шагом. Он явно чувствовал себя победителем, унизив ее…
Ведьма внутри нее ощетинилась, заскребла когтями по грудной клетке, в попытке вырваться, причиняя реальную физическую боль.
Кайла сильнее сдавила в своих руках нож с вилкой. До белизны в костяшках пальцев.
— Пошел вон! — едва сдерживаясь, прошипела она.
Одхран застыл. Он явно этого не ожидал. Мимолетное изумление сменилась яростью в неестественных драконьих глазах. Его кулаки сжались. По коже пробежала нервная чешуйчатая волна.
Воины подскочили с мест, восприняв это как угрозу Королеве. Только Мужья не двинулись с места, уверенные в том, что дракон никогда не причинит ей вреда. Привыкшие к бесконечным перепалкам.
— Я больше никогда, — продолжала она с надрывом, — не желаю. Видеть тебя за своим столом! Вообще не желаю! — подскочила она с места, кидая столовые предметы. — Убирайся!
Рабские браслеты древнего оборотня опали на черный мрамор. Он долго смотрел на них, пока их обоих трясло от ярости. Резко развернулся и вышел, хлопнув дверьми залы с такой силой, что по стене стремительно побежала витиеватая сеть
трещин.
Кайла тяжело опустилась на свой стул, уставившись в тарелку бессмысленным взглядом.
Она не собиралась его выгонять. Грудь сдавило болью и чувством обреченности. Словно теперь точно все кончено.
"Что конечно?", — спросило она саму себя.
Между ними никогда ничего и не начиналось. Он прекрасно продемонстрировал утром что она для него значит.
— Опять поссорились? — спросил будничным голосом Тайерган, возвращая ей переданную воинами вилку. Раа вернул ей нож. — И не надо на меня так смотреть, — упрекнул он злой взгляд Жены. — Я его ничем не заслужил.