Я пытаюсь сглотнуть, но в горле пересохло.

Хнычу от страстного желания и с нетерпением жажду большего: его во мне, на мне. Просто большего.

— Мне нужно закончить с ужином. Не торопись. Когда закончишь, полотенце вот здесь, — говорит он и указывает на сушилку для полотенец. — Это все, что я хочу, чтобы ты надела. — Он встает и дарит мне поцелуй в губы, не углубляя его, а простой нежный и невинный. — И чтобы убедиться, что ты послушала меня, я заберу твою одежду. — Он сгребает ее, нахально улыбается и уходит.

Пока я лежу в ванне, то не могу удержаться и не начать представлять, как все продолжится дальше. Он был невероятно внимателен и нежен. Могу только представить, что еще он запланировал для меня, и задаваться вопросом, как его язык или член будет ощущаться внутри меня. Пальцами я начинаю ласкать кожу на животе и, закрыв глаза, наслаждаюсь мыслями о том, что ожидает меня впереди. Как он возьмет меня, нагнет и войдет в меня.

— Не прикасайся к себе, — говорит он, пугая и шокируя меня. Я не слышала, как открылась дверь или как он вошел в ванную.

Чувствую, что моя кожа горит от стыда, когда я пытаюсь отвернуться.

— П-прости, — заикаюсь я.

— Non, тебе не должно быть стыдно. Я действительно наслаждался этим зрелищем. И я с нетерпением жду того момента, когда ты будешь ласкать себя. Надеюсь, что это произойдет однажды, но прямо сейчас это моя работа — доставлять тебе удовольствие.

— Ладно.

Что еще я могу сказать?

— Я скоро позову тебя на ужин. Уже почти все готово. Пожалуйста, наслаждайся ванной, но не трахай себя пальцами, — говорит он, закрывает дверь и уходит.

И я так близка к взрыву, что не знаю, как переживу этот день.

Пьер

Merde!

Я смотрю на свои руки и вижу, что костяшки моих пальцев побелели из-за того, как сильно я вцепился в кухонный островок.

Повернув голову, я смотрю через плечо на дверь ванной. Требуются все мои силы, чтобы не ворваться туда, не схватить ее за волосы и не начать насаживать на свой твердый как камень член. Перед ее приходом я подрочил в душе, потому что не хотел ходить с постоянным стояком, но все впустую. В тот момент, как я увидел идеальный треугольник безупречно подстриженных волосков на ее киске, то почти обезумел.

Ее тело превосходно, а изгибы великолепны. Не могу дождаться того момента, когда проведу губами по мягкости ее бедер, раздвину ее ножки и погружу свой голодный язык в ее влажную, жаркую киску. Хочу, чтобы ее пальцы снова запутались в моих волосах, и она забылась, объезжая мое лицо, чтобы я смог отведать вкус ее возбуждения.

Возьми себя в руки, Пьер. Успокойся.

Мне нужно отвлечься, чтобы не слететь с катушек.

Выпрямившись, я цепляюсь за тоненькую ниточку контроля, которая у меня осталась. Но образы ее, ласкающей себя, и ее тихие стоны едва ли помогают моему контролю. И, честно говоря, я не хочу стирать эти образы из своей головы. Хочу запомнить их и сохранить на то время, когда ее не будет со мной.

Достаю из холодильника сальсу из помидоров, манго и огурца и куриные наггеты, которые приготовил заранее. Разрезаю курицу на маленькие кусочки, проверяю десерт и улыбаюсь. Это будет самый лучший десерт, который я когда-либо ел.

Иду обратно в ванную, но прежде чем открыть дверь, медленно считаю до десяти, чтобы убедиться, что держу себя в руках, и мое тело не будет пренебрегать моими планами на вечер.

Из-за того, что не постучал, я одарен самым шикарным зрелищем за последнее время.

Холли расслабилась в ванной: одна нога свисает за бортик, глаза закрыты, руки лежат по бокам ванны, и она улыбается. Она еще не услышала, что я вошел, поэтому в эти ценные минуты я наслаждаюсь ей.

Ее ноги отлично подтянуты, грудь соблазнительной формы и довольно большая. Но я мужчина и ни в коем случае не жалуюсь на размер женской груди или попки. Мне нравится, что у нее гибкие ноги, потому что я с нетерпением жду того момента, когда нагну ее над кухонным островком с ногой, закинутой на барный стул, и буду входить в нее сзади. И я буду наслаждаться стонами, которые, надеюсь, она будет издавать от удовольствия.

— Пьер, — говорит она, и я слышу всплеск воды от того, что она закидывает ногу обратно в ванную.

— Excusez-moi, я любовался великолепной женщиной, которая расположилась в моей ванне. Однако, ужин готов, поэтому, пожалуйста, присоединяйся ко мне, — говорю я и поворачиваюсь, чтобы выйти.

— Пьер, — она зовет меня. Я останавливаюсь, но, черт возьми, у меня практически не осталось сил. Я не оборачиваюсь, чтобы посмотреть на нее, ибо знаю, что потеряю ту малую толику сдержанности над своим желанием.