И все-таки, все-таки, все было не так уж плохо. Рядом с Непобежденным я не чувствовала себя грустной и слабой, но видимость любви и еще спокойствие рядом с ним, - суррогат, но суррогат приятный. Если бы не это - кто знает, стоила бы игра свеч. Да и теперь... Теперь я понимаю, что нет, не стоила. Но тогда я искала покоя. Покоя и нежности. Того, чего я никогда не получаю в полной мере.

Кэвин появился неожиданно. Он сердился на меня, и теперь я уже знаю, за что. Решил, что Непобежденному не выдержать груза моей любви. Может быть, он и прав. Может, все так и должно было быть. Разделить мою любовь может только равный. Значит, снова Кэвин? Неизменный и возлюбленный мой принц? Не потому ли он так суров сегодня?

Я не боюсь его суровости, вижу, что она показная. Но я боюсь не вынести этого хмурого взгляда, который останавливается на мне и проходит сквозь меня. Лучше бы он ругался. Я бы, по крайней мере, знала, что от него ждать.

Во всяком случае, мне захотелось уйти. Не могу это видеть. Я так привыкла к свету его голубых глаз, что не могу без него обходиться. Но что толку в привычке, если света все равно нет? Наверное, я слишком требовательная. Кто знает? Мне нужно сразу и все. Если так не получается, я начинаю нервничать и злиться. Интересно, как долго это будет продолжаться?

И здесь - то же самое. Кэвин смотрит сквозь меня, и я ухожу. Я не могу нежиться в объятиях Непобежденного, когда рядом со мной Кэвин. Ну, не рядом, но в доступной близости ко мне. Если бы он знал, как я хочу его, он не стал бы на меня злиться. Взял бы за руку и увел от Непобежденного. Но он не знал. Или знал все-таки? Во всяком случае, мы ушли, а Кэвин остался. Попробуй рационально объяснить, чего ты хочешь, девочка. Это теперь называется - "чего"? "Кого" и только "кого"! Кэвина.

* * *

Выбор Капризки оказался оригинален, тонок и верен, как удар Мастера Клинка. И страшен. Страшен потому, что ее избранник оказался одним из моих лунных братьев. Лунная Гвардия! Надо же, еще один из них. Что мне делать? Впрочем, что мне - это разрешимо. А вот что делать Капризке - не знаю. Я попробую сделать приворот, но я знаю, как это бывает. Неприятно.

Во-первых, энергетически это видно. Во-вторых, это причинит боль и Капризке, и моему лунному братцу. Я знаю, как происходит энергетическая привязка. Великолепно представляю себе, как у человека внезапно начинается сумасшествие. Его тянет к другому человеку, на которого он раньше совершенно не обращал внимания. Что это? Внезапно вспыхнувшая страсть? И почему это происходит теперь, так решительно и странно?

Человеку, для которого делают приворот, тоже не очень хорошо. Боль. В основном боль падает на того, кто знает, что происходит. Впрочем, я думаю, за обращение к силе нужно платить. Именно поэтому я никогда не стану привораживать кого-то для себя. Платить богам еще и за это - нет уж, благодарю покорно.

Но вот, дело сделано, каналы открыты, энергетические шнуры проведены. Такой приворот не дает особого фона, и его трудно будет уничтожить. Даже заметить трудно. Вряд ли это заметит кто-то, кто не особо близок к Капризке и ее любимому. Надеюсь, что Кэвин ничего не заподозрит. Не хватало мне еще насмешек по поводу практики ведьмачества. Не хочу!

Капризка все беспокоилась по поводу действенности предпринятой меры. Я знаю, что это подействует, но насколько эффективно, - пожалуй, не сможет предсказать даже Кэвин. Да что там Кэвин, даже сам Купидон не сможет предсказать, чем все закончится. Я бы даже не стала ничего предсказывать. Я - маг, но я не предсказатель. И я немного устала помогать всем, кто только попросит моей помощи.

Впрочем, магическая практика мне нужна. И я старюсь, честное слово, стараюсь быть на высоте. Благо, моих знаний хватает. Что же мне делать? По-прежнему помогать всем, или стать элитной колдуньей? И стоит ли мне сейчас вообще об этом думать? Не слишком ли я занеслась? И действительно ли я так сильна, как себе представляю? Ладно, я буду выяснять свои способности постепенно.

* * *

Паук позвонил мне накануне Хеллоуина. Впрочем, это не удивительно! Магистр сатанистов оценил мою полезность, и хотел, чтобы я и дальше принимала участие в их действах. Самое главное, что я того не хотела. И об этом я сообщила Пауку. Отказавшись сообщать подробности. Просто бросила трубку, и все.

Я понимала, что это вызовет не слишком хорошие последствия для меня. Но что же мне делать? Попробуй, объясни им, что принесение человеческих жертв меня особо не привлекает, что присягу я не хочу давать никому, даже самому Сатане, что я одиночка, или меня сделали таковой. Могла бы я это объяснить? Поняли бы они? Сомневаюсь.

Я не хотела служить Хеллоуин с сатанистами. Моя любовь не позволяла мне уронить себя в глазах Кэвина. а, кто знает, не пронюхает ли он о своих милых развлечениях? И если пронюхает - что скажет? Боюсь, что хорошего мне тогда ждать не придется. Он и так-то не больно милостив. А потому - нет. Лучше не рисковать.

Было, правда, желание бросить все и снова оказаться в компании сатанистов. Но за компанию нужно платить. И вполне понятно, чем платят женщины. Где гарантия, что в этот раз мне не придется, в поисках защиты, отдаться магистру или Пауку? Если говорить о защите, что я предпочла бы Кэвина.