– Хорошо.

– Только сначала найдем ручей. Я хочу смыть грязь с твоего красивого лица.

Нио потер щеку. Кьяри засмеялась, как в детстве вообразив, что управляет его настроением и эмоциями. Её переполняла радость. Они выжили. От осознания этого хотелось делать и говорить глупости.

– Аи считает тебя красивым. Она влюблена в твой прямой нос. Говорит, прямые носы яги намного красивей, приплюснутых носов чиа.

При упоминании о яги Нио помрачнел.

– А тебе я нравлюсь, потому что твой отец запретил тебе ко мне подходить, - усмехнулся он.

Ручей шириной с ладонь лежал в складке мягкой земли. Кьяри зачерпнула воду левой рукой и поднесла ко рту.

– Глупости. Мой отец поймет, что ошибался насчет тебя, поймет, что ты лучшая пара для меня, какая только может быть.

– Почему?

– Потому что мой отец любит меня. А я люблю тебя.

– Кьяри... Я... я яги...

– Нет, - Кьяри подвинулась ближе.
– Ты мой, Нио.

Пыль хрустела у неё на губах, когда Кьяри поцеловала Нио. Его губы были холодными и горькими, как вода из ручья.

Нио погладил спину Кьяри, провел ладонью по руке от плеча до локтя. Кьяри вскрикнула. Из-за общего возбуждения она почти не чувствовала боли в сломанной руке. Теперь, когда Нио осматривал её предплечье, боль накатывала тошнотворными волнами и вселяла слабость во все тело.

– Смещёния нет, - сказал Нио.
– Но нужна повязка.

Он оторвал полосу ткани от подола туники Кьяри и зафиксировал поврежденное предплечье между двумя ветками.

Кьяри посмотрела на свои обнажившиеся колени. К ссадине на левом прилипла трава. Когда она попробовала смыть её, ранка начала кровоточить.

– Дай я, - Нио наклонился над ручьем, набрал в рот воды и придвинулся к Кьяри. Погладив её под коленом, едва не касаясь губами ссадины, полил её теплой, нагретой во рту, водой. Кьяри вспомнила кошек, зализывающих свои раны, и засмеялась. Нио тоже улыбнулся. Точно так же он улыбался Исе под сейбой. С тех пор прошло шесть лет, но Кьяри казалось, что пока Нио рядом, она всегда будет помнить лицо матери и её смех.

Из прикрепленного к поясу мешочка Нио достал широкий лист и приложил к разбитому колену Кьяри.

– Чалько сказал - это очистит рану и снимет отек.

В лесу быстро темнело. Высокие кроны деревьев хоронили солнце раньше, чем оно спускалось за горы. Вечером влажный воздух, пропитывался запахами мха и плесени и оседал на теле липкой пленкой. Мошкара крутилась перед лицом, стремясь попасть в глаза, нос и рот.

Темнота начинала свое наступление, высасывая жизнь из цветов. Когда Кьяри и Нио услышали шум воды, розовые орхидеи побелели, зелёные листья почернели, а кожа Нио сделалась бледной, как у мертвеца.

Ущелье Сами назвали в честь юноши. Говорили, скальный обрыв и горная река настолько очаровали его, что позабыв о друзьях, семье и своих обязанностях, он целыми днями смотрел в пропасть. А когда юноша пропал, все решили, что он прыгнул вниз.

Много лет назад через ущелье натянули мост - скрученные и заплетенные в косы тростниковые верёвки.

За ущельем начинался крутой подъем в горы. В солнечный день на другой стороне можно было рассмотреть уходящий вверх хвост императорской дороги. Её проложили, когда бабушка Кьяри была молодой. Говорили, что высоко в горах живёт золотой народ.

В темноте другого берега не было видно, казалось, мост уходит в никуда, а три костра неподалеку от него напоминали цветы-паразиты на черном стволе леса.

Первой Кьяри и Нио заметила Кэса. Обнимая Кьяри, женщина всматривалась в темноту у неё за спиной:

– Вы не видели моих близнецов?

Правый глаз Кэсы закрывала повязка. Из-под неё на щеку, как слеза, стекала темная капля крови.

У одного костра сидели женщины с детьми, у другого - зашивали раны и точили копья мужчины.

Атавалп лежал на сырой земле в двух шагах от костра вождя. Сам Керук курил, прислонившись спиной к дереву. Живот вождя прикрывала потемневшая от крови повязка.

Кьяри опустилась на колени около отца и всхлипнула от ужаса. Земля вокруг пропиталась кровью. Нио достал из огня горящую палку, чтобы Кьяри могла рассмотреть раны Атавалпа. Его ноги были перебиты в нескольких местах. Больше всего пострадала правая. Стопа превратилась в месиво из костей и мяса. Голень изогнулась под неёстественным углом. Оба колена распухли. На бедрах виднелись синие вмятины.