За две недели никаких результатов. Кэл этого ждал, но такая тишина все больше начинала напоминать затишье перед бурей. Элиш послушно приходила в штаб, хотя в кабинете почти не появлялась, только заглядывала, чтобы отчитаться о приходе или уходе. Вопреки собственным словам, Кэл еще ни разу не проводил ее до общежития, последнее время он задерживался на работе на пару с Алвой, разбирал доклады из Альси, сверяя их с ранними отчетами. Однообразные фразы, практически одни и те же слова. С одной стороны, это выглядело почти естественно: что в Западном Альси, что в Северном ничего не происходило, либо случаи не стоили даже упоминания. Логично предположить, что второе, Кэл представить не мог город, где была бы сплошная тишь да гладь круглый шгод. Скорее бы такое положение послужило доказательством как раз обратного, и следовало бы ехать и разбираться. Но отчеты пестрели фразами «все в порядке», «съели двоих в горах» либо «никого не съели, только малышня обрушила вход в пещеру» (спрашивается, как они смогли? Впрочем, юные маги, которые еще до школы поворачивали свои «ключи», и не на такое были способны). Иногда мелькало упоминание о неправильно использованных заклинаниях, но и это не имело серьезных последствий. Или альсийские сыщики не считали нужным об этом писать. Все-таки следовало съездить в Альси и разобраться, что там происходит. Выяснить, в конце концов, почему камень Следящих дал сбой и не заметил Элиш, когда у нее проснулся «ключ». Кэл уточнил специально: камень действовал в радиусе трех километров, то есть прилегающие к Северному Альси леса тоже захватывал. Если предположить, что именно там при каких-то обстоятельствах у Элиш проснулась ее лунная сила, то камень все равно бы засек. Но этого не случилось; закономерно появляется вопрос — почему? Из Альси прислали ответ на запрос, но помятая бумажка ровным счетом ничего не проясняла. Все в порядке. Все нормально. Камень работает исправно, сбоев не замечено. Но ведь Элиш как-то избежала бдительного ока Следящих, жила бы вообще спокойно, не сведи их Небо. Правда, пока пришлось отложить это дело, следовало для начала найти иррийца.

Он никак себя не проявлял. Две с половиной недели — достаточный срок, считал Кэл. Он даже половину группы захвата снял, а оставшиеся в большинстве своем только делали вид, что упорно ищут преступника. Убийца оказался настолько умен, что почувствовал подвох? Или дело было уже не в иррийце, а в хозяине зомби? Кэл понимал, что следовало бы приложить все усилия и найти лунного мага, который поднял труп Падера О» Конелла (хотя еще никем не доказано, что это именно его труп, и что там вообще зомби), но как раз на лунного у сыска ничего не было. Впрочем, интуиты не зря считались особой категорией: Кэл чувствовал, что вскоре все изменится, причем очень скоро, и сильно желал оказаться готовым к этим переменам. Хотелось верить, что не придется никого хоронить. Тайг бы непременно сказал на такое замечание, что Кэл сходит с ума и сгущает краски — ну какое хоронить? — но все равно становилось не по себе, и «ключ» отзывался невнятной дрожью. Но приходилось ждать. Ладно, что грызть ногти Кэл отучился в малолетстве, мама знала, как сделать, чтобы сыновья себя вели правильно. Но следовало занимать себя чем-нибудь интересным, а до локтей, чтобы их покусать, он тоже не мог дотянуться.

Элиш, по словам Тайга, вела себя примерно и, кажется, даже сдружилась с группой розыска, в конце концов, ей еще предстояло с ними работать. Тайг, правда, все жаловался, что его драгоценная небесная дева предпочитает проводить время не с ним, а с Матью и Эрком, остальные уже сами собой собираются вокруг и почти наперебой принимаются то байки травить, то вопросы задавать, порой не слишком приличные. Только Брэндан не поладил с Элиш — или она с ним? Кэл догадывался, почему: Брэндан любил быть в центре внимания, этого требовала не столько его натура, сколько хотелось доказать, что пусть он самый младший и неопытный, но тоже хороший парень, свой, что называется. В принципе, так оно и было, но Брэндан все равно стремился что-то кому-то доказывать. А тут Элиш — вообще несовершеннолетняя, да еще и девушка. Естественно, что все внимание парней переключилось тут же на нее, и даже Тайг был им не указ. Кэл только ухмыльнулся, когда впервые об этом услышал: Элиш казалась хрупкой и слабой, ее действительно хотелось защищать. Только первое впечатление было обманчивым, да и не знали парни о своей новой напарнице очень многого. Впрочем, судя по всему, Элиш пока и не торопилась раскрывать все свои козыри, с парнями она общалась спокойно, смеялась вместе со всеми, но при этом за границы группы захвата почти не выглядывала, хотя Тайг представил ее совершенно всем в штабе, включая старика Дахи.

И все-таки следовало бы уже что-то предпринять. Алва только сочувственно смотрела на него последние дни и протягивала аккуратные стопочки документов — как обычно, но чем скорее приближался конец третьей недели, тем нетерпеливее становился Кэл. В четверг, не придумав ничего лучше, он связался с Кеннетом. Дядя ответил сразу: они с Джетом временно жили вместе, Кеннет наотрез отказался оставлять друга с неприкрытой спиной.

— Если этот гармов сын еще раз попробует напасть, я ему голову отверну, — мрачно пообещал две с половиной недели назад он при первом после встречи разговоре. — Ты ищи, Кэл, ищи. Иначе Джет устанет сидеть на одном месте и вернется в таверну. И обязательно приглядывай за Элиш.

— Алва, — окликнул он подругу, решительно откладывая бумагу в сторону.

Время было почти полшестого, большая часть сыщиков уже разошлись по домам, только где-то сидели Тайг со следопытами и Элиш, наверняка снова болтающая с Шоном. С этим парнишкой они тоже неожиданно сдружились, но Кэл подозревал, что Элиш просто видит в Шоне своего брата. Он совершенно случайно, зайдя в лабораторию, наткнулся там на лунную и заметил ее взгляд, направленный на младшего помощника: совершенно непривычный, слишком мягкий и, пожалуй ласковый. Элиш так не смотрела ни на Джета, ни на Кеннета, ни, собственно, на него, Кэла. На какую-то долю мгновения укололо разочарованием, остро захотелось, чтобы Элиш тоже так взглянула и, может, даже улыбнулась бы, но, судя по всему, она до сих пор не простила тот дурацкий вопрос. Элиш при случайных встречах ни разу не заговорила с ним самостоятельно, Кэл всегда первый задавал вопрос, и Элиш отделывалась ничего не значащими фразами. Она всегда шла с кем-то — Матью, Эрком, Ниаллом, с кем-то еще, но Кэл порой ловил себя на мысли, что безумно хочет хотя бы на пять минут остановить время и остаться с ней наедине. Просто так, чтобы, наверное, вернуть те странные отношения, что были прежде. Чтобы Элиш не выстраивала огромную толстую стену, ощетинившуюся колючками, а улыбнулась и снова съязвила. Впрочем, желание исчезало сразу, стоило заняться чем-нибудь другим и выкинуть Элиш из головы.

Алва выслушала и кивнула.

— Взять с собой Тайга? — уточнила она, пока одевалась. — Хорошо. Ты предупредил Кеннета?

— Да, они вас ждут, — откликнулся Кэл. — Спасибо. Тайгу скажи, что я сам отведу Элиш в общежитие. Если что не так, ты знаешь, как со мной связаться.

Алва потуже затянула шарф и снова кивнула.

Кэл коротко улыбнулся уже закрывшейся двери. Больше ту тему о его отношениях с Элиш они не поднимали, да и не о чем было говорить. И не время сейчас об этом думать. Пришлось просто напомнить себе еще раз, что рабочее и личное путать нельзя ни в коем случае, да и… Кэл постучал себя по лбу — так, на всякий случай, до него вообще внезапно именно после разговора с Алвой дошло, что Элиш — лунный маг. Не то чтобы он этого раньше не понимал — знал, прекрасно! — но рассматривать ее в качестве девушки, даже если на одну-две ночи, было глупо. Элиш — лунная! И это автоматически значило, что как девушка или — тем паче — жена она не подойдет ни одному нормальному мужчине в этой стране. И уж тем более ему. Разве что такому же лунному магу… Ага, чтобы их обоих закрыли в клинике, мрачно констатировал Кэл.

Он нашел Элиш в лаборатории — действительно с Шоном. Парень весело улыбался, а Элиш рассказывала о каком-то случае в горах. Кэл хотел было сначала тоже дослушать, но одернул себя — не стоило задерживаться. На улице и так стемнело, время почти стукнуло полшестого, и лучше было поскорее довести Элиш до общежития и самому добраться до дома.

— Элиш.

Она замолкла на полуслове. Шон тут же вытянулся в струнку, отдавая честь, Элиш скопировала его движение. Кэл разочарованно выдохнул, почти физически ощущая, как между ними возникает уже ставшая родной колючая стенка.

— Домой?

— Домой.

Элиш кивнула Шону, мягко улыбнулась ему, получая почти зеркальную улыбку в ответ. Парнишка, кажется, был счастлив встретить такую собеседницу.

— Завтра обязательно дорасскажешь, — предупредил весело Шон и вытер глаза. Похоже, ксерофтальмия до сих пор так и не прошла.

— Обязательно, — Элиш тихо рассмеялась и подошла к выходу, вопросительно посмотрев на Кэла. — Идем?

Он медленно кивнул, глядя глаза в глаза. Сейчас можно было бы вспомнить небезызвестные стихи поэта прошлого столетия Аластара Мура, писавшего преимущественно о женщинах и превозносившего их красоту. Как там у него было? Кэл никогда не был силен в поэзии, но сейчас строки всплыли в памяти сами собой: «И равнодушие, плескавшееся в глазах моих цариц, могло разрушить небо».