– Не смей поносить меня, человече!
– огрызнулся болдырь.

– Полноте, грызун, - примирительно поднял руку Филлиан, одначе в глазах человека плясали искорки ехидного веселья.
– Перейдем к делу, Ризо. Не всю ж ночь на гутор изводить. Поведай моему компаньону, о чем мы судачили в "Волчьей норе".

Человек и ратх устремили взоры на орка. Тот сидел на полу, скрестив ноги, и равнодушно смотрел сквозь странную парочку. Его не шибко волновали, какие вопросы собирался решать его приятель с шерстистым доходягой.

– Не имел чести ранее знаться с почтенным охотником, - осторожно молвил крысочеловек, явно опасаясь новых нападок Филлиана.

Впрочем, зеленокожий не позволил острослову заговорить.

– Меня жовут Дрогг-охотник, - важно, но без почтения объявил орк.

– А меня - Ризо из колена Шкара, - кивнул в ответ ратх.

– Ты скудоумен, Ризо, я уже называл твое имя, когда мы вошли, - тотчас придрался к гостю человек.

– Ты сказал "устраивайся, Ризо", но не представлял меня своему другу!
– взбеленившийся грызун ощерил длинные клыки.

– Какая разница, - отмахнулся Филлиан.
– Давай, расскажи то, зачем пришел сюда.

Обиженно фыркнув, ратх показательно отвернулся от язвительного шутника и, вперив в зеленокожего черные бусинки глаз, заговорил:

– Я представляю тирполисского чародея по имени Ронтус Тарвион. Сей велечтимый государь намеревается совершить экспедицию в дебри Ашдир-Кфаара и в оном предприятии ему потребны надежные спутники.

– Я не хосу швяжываться ш колдунами, - резко молвил орк, припомнив как чуть более двух месяцев назад едва не погиб по вине одного сбрендившего волшебника.

– Прости, дружище, но этот вопрос я уже решил за тебя, - в тоне Филлиана не слышалось ни грана раскаяния, а его надувшаяся физиономия говорила о том, что стоит только орку выразить недовольство, как человек тут же взорвется фонтаном сардонического хохота.

– Я не буду наниматьша на шлужбу к магику, - спокойно, но с явственным металлическим лязгом сказал зеленокожий.

– Это не обсуждается. Завтра мы идем в поход с отрядом мэтра Тарвиона, - сурово отрезал Филлиан. Впрочем, его глаза продолжали насмешливо блестеть.

Дрогг прикусил губу. Несомненно, человека необходимо было проучить за дерзость, но орк пока не мог придумать, как именно насолить зарвавшемуся товарищу.

– Я раньше уже шталкиватьша ш сародеями и тепериса желаю держатьша от них подальше, - Дрогг одарил приятеля тяжелым взглядом.

– Да брось ты, клыкастый, - всплеснул руками человек.
– Большинство волшебников - отличные ребята и, между прочим, всегда исправно платят за выполненную работу. Позволь нашему хвостатому другу хотя бы изложить суть дела, а потом уж решай, участвовать в походе али нет.

– Пушть ратх говорит, - после минутного размышления, мрачно процедил Дрогг.

– Говорить-то особо не о чем, - теперь красочеловек смотрел только на Филлиана.
– Велечтимый государь, милорд Тарвион, вместе со своим учеником Грумо сыном Фаррика собираются наведаться на руины башни Адобара. Маэстро рассчитывает собрать там цветки битвенника, а также желает, дабы по пути вы наловили ему гассид, тангул, кхарадунов и еще этих... забыл... ну... он сам вам расскажет, чего ему надобно.

– Колдун хосет перетьша к ражвалинам лишь для того, стобы нарвать светосков?
– недоверчиво сощурился Дрогг.

– Экий ты дуралей, клыкастый!
– досадливо возопил человек, воздев очи горе.
– Не разумеешь будто, что на месте-то колдовской сечи каждая травинка силой могучей пропитана!

Орк промолчал, не став пикироваться с острым на язык товарищем. Заместо этого Дрогг кивком попросил ратха продолжать.

– Каждому участнику похода велечтимый магистр обещает выплатить по десять тирполисских цехинов. Со слов милорда Тарвиона экспедиция продлится не более двух седмиц и завершится аккурат к началу сезона ливней. Всех желающих принять участие в оном предприятии многодостойный мэтр просит явиться завтра к полудню в таверну "Добрая кружка", - выдал заученный речитатив крысочеловек.

Дрогг ничего не ответил. Зависло неловкое молчание, кое беспощадно растерзал Филлиан.

– Мы услышали тебя, грызун. Можешь идти, куда пожелаешь, - человек исполненным королевской величавости жестом указал шерстистому ханурику на дверь.

– Прощайте, милостивые господа, - с ядовитой холодностью бросил Ризо и, не удосужившись поклониться, шмыгнул к выходу.

Ни орк, ни человек не почтили его ответом.

Скрипнул засов и спустя миг болдырь растворился в ночном мраке.

Филлиан тяжело поднялся, звучно хлопнула закрывшаяся за гостем дверь.