Начальник службы ГСМ представил Влада руководителю и был им отпущен. Командир взвесил на ладони, переданные заранее Владом проекты договоров.

– Сумма приличная. Боюсь рисковать, ведь целый год успешной работы зависит от этих поставок!

– Я не настаиваю, - согласился Влад, но прошу проверить наш опыт работы.

Он протянул Маслову свою визитку начальника "Севмонтажавтоматики".

– Я не какой - то начинающий коммерсант, не имеющий за душой ничего, который может пропасть без следа. Сколько таких примеров мы видим вокруг! У Вас есть, конечно, хорошие знакомые в руководстве строительного комплекса комбината. Поинтересуйтесь у них, можно ли доверять мне лично. А я работаю в Северске уже 25 лет и всё на одном месте.

– Еще спросите в Северснабе, как мы отработали прошлую навигацию? Были ли замечания.

На этом встреча была закончена. Через два дня приехал сияющий Снежко и привез подписанные договора на поставку.

– Не забудьте про Ваши обещания, насчет комиссионных.

Влад его успокоил и даже выдал авансом пять тысяч долларов. Александр нужен на весь период поставок. Расстались друзьями.

Приехал из отпуска Борис. У него уже начался легкий процесс вхождения в роль богатого человека. Деньги портили и так непростой характер. Всё чаще проскакивали изречения, типа, - чтоб вы без меня делали!?

В подписание договора на такой объем поставки он не верил. Куда, мол, вам.

Пока не увидел документов.

***

1995г

"Лучше синица в руке,

Чем утка под кроватью!"

Сенегальская мудрость.

Весь жилой фонд Северска находился на балансе Северского комбината. На его балансе находились и объекты торговли, спорта, общественного питания, детские сады, медсанчасть и многое другое. В ведении городских властей были школы, почты, милиция да пожарная часть. И если учесть, что все сети водо, тепло и электроснабжения были тоже комбинатскими, то вы поймете "вес" городской администрации в городе.

Торговых площадей в городе не хватало. Бурно развивающаяся частная торговля не имела больших магазинов, ютилась в ларьках, полузаконных пристройках, в крохотных секциях, выделяемых в краткосрочную аренду директорами магазинов. Комбинат свои площади сдавал неохотно, а продавать категорически отказывался. Горсовет неоднократно обращался к руководству комбината с просьбой передать торговлю городу, но тщетно.

Поэтому, когда на продажу был выставлен целый торговый объект в самом центре города, на главном проспекте, за него началась нешуточная борьба. Это было действующее ателье "Северянка".

Занимало оно первый этаж помпезной пятиэтажки построенной еще при Сталине. Такие дома с высокими потолками, большими квартирами, лепниной на стенах, в народе так и называли - "Сталинки". Площадь ателье составляла более 650 к. метров.

Борис, имевший неплохие связи с персоналом, сплошь женским, Управления Гос. Имущества по Северску, путем закулисных интриг и маневров привел "ГКЛ" к победе в аукционе. Друзья получили самый на тот момент лакомый кусок в собственность за сравнительно небольшие деньги.

По условиям аукциона победитель должен был три года сохранять профиль заведения и не имел права сокращать по своей воле персонал. Но содержать заведомо убыточное хозяйство три года было накладно.

На переходной период решено было назначить директором ателье дочь Влада Ренату. Она еще училась в местном институте, но согласилась попробовать свои силы в бизнесе.

Установку ей дали жесткую. Пока будет идти ремонт запущенного помещения, персонал должен уменьшиться в 10 раз. То - есть от 90 работающих оставить можно 5, от силы- 10! Но увольнять по сокращению штатов нельзя! Только по собственному желанию.

А коллектив ателье был чисто женским. Работницы, в основном, были предпенсионного возраста, бойкие на язык и заряженные на скандал. Ателье в прошлые, советские, годы было блатным местом. В условиях тотального дефицита хороших вещей заказать платье в "Северянке" считалось высшим достижением. Директор ателье была одной из самых "значимых" фигур в городе, а закройщицы и швеи купались в подарках и лести.

И вот в страну хлынул поток турецкого, китайского и другого ширпотреба. Шить платья и костюмы в ателье стало не модным. Да и готовая одежда была гораздо дешевле. Ателье стало убыточным, и "ГорБыт" решил его продать.

В первое время после аукциона коллектив сотрясали склоки и протесты. Работницы никак не могли понять резкого падения зарплат. Борис на бурных собраниях разъяснял коллективу, что времена, когда платят просто за выход на работу, прошли. Получите столько, сколько заработаете. И Ваши жалобы в "инстанции" ни к чему не приведут. Он на этом заканчивал свою встречу с "народом". Рената же варилась в этом постоянно. Но выдержала. К концу ремонта, через полгода, она оставила пятерых, самых умелых мастериц.