Но это не делало его менее красивым.

Я уселась напротив него. Он собирался что-то сказать, но в этот момент подошел официант и вручил нам меню. Когда он ушел, я посмотрела на Эрика.

— Джулия, я обязан тебе своей жизнью. Если бы ты вчера не предупредила меня, все могло бы закончиться очень плохо. — Он протянул руку, чтобы взять мою ладонь. Я позволила ему это сделать, хотя и чувствовала себя неловко. Мне не хотелось верить в то, что я спасла ему жизнь. Это пугало меня.

— Мне жаль, что ты думаешь, будто я играл с тобой, Джулия. Я понимаю, что ты никогда не простишь меня, но мне хочется, чтобы ты знала, что я не тот, за кого ты меня принимаешь.

— Ты не член банды?

— Это не то, что я имел в виду. Ты думала, что мне было наплевать на твои чувства по поводу моего вступления в банду. Но это не так. У меня просто не было выбора.

— Хочешь сказать, что они заставили тебя вступить?

— Нет. Я вступил в банду еще в Детройте и официально никогда не выходил из нее.

— Ты видел себя в зеркало? Порез на твоем лице красного цвета. Твоя кровь красная, а не голубая. — Я отложила меню в сторону. — Мы не понимаем друг друга, поэтому от нашего разговора не будет никакого толку.

— Подожди, пожалуйста, — воскликнул Эрик, схватив меня за запястье. — Я еще не закончил.

Я села.

— Ну давай, заканчивай.

— Мне нужно знать, почему ты предупредила меня вчера. Если ты ненавидишь меня, то почему помогла?

— Я не ненавижу тебя, Эрик. И я не хотела, чтобы тебе причинили боль.

Подошел официант, чтобы принять наши заказы. Остаться или уйти?

Эрик обратил внимание на то, что я сомневаюсь.

— Ну же, Джулия. Это всего лишь ланч. Полный завтрак, пожалуйста.

Я отдала официанту меню.

— Мне тоже.

Когда он ушел, я сказала:

— Так вот почему ты хотел встретиться со мной — чтобы поблагодарить?

— Чтобы угостить тебя ланчом, — кивнул он.

— За спасение твоей жизни.

— Да.

— Ты хочешь легко отделаться. Не думаешь ли ты, что это заслуживает заведения получше, чем «У Хэла»? Например, «Таверны на лужайке»?

— Вот это моя Дивайн, — улыбнувшись, произнес Эрик.

— Пожалуйста, не называй меня так.

— Почему нет? Ведь мы все еще друзья?

— Друзья? Навряд ли. Я из тех девушек, которые предпочитают все или ничего.

— Тогда я выбираю «все», — с надеждой глядя на меня, сказал он. У меня внутри все сжалось.

— Нет, Эрик. Ты никогда не был честен со мной и намеренно скрывал важную часть своей жизни.

Эрик довольно долго молчал. Кажется, мои слова немного повлияли на него.

— Ты права, — наконец, произнес он.

— Правда?

— Я и не думал открываться перед тобой. Большинство людей не задают вопросов о моем прошлом. Им это не нужно. Но ты не такая как все.

— Если другим людям наплевать, честен ты с ними или нет, то тогда да, я другая. Но мне кажется, что людей, подобных мне, очень много. Ты просто общаешься не с теми, с кем стоит. Посмотри на своих братьев и сестер из «Крипсов». Они разговаривают только о своей территории или о том, кого они собираются ограбить или избить.

— И любой из них примет за меня пулю. Вот что главное.

— А кто говорит, что я не приму за тебя пулю? Не потому, что я «Крипс», а потому, что я… была… твоей девушкой.

— Ты не знаешь, о чем говоришь, Джулия. Ты не имеешь никакого понятия, что происходит на улицах.

— Поверь мне, имею. Я многое видела.

— Но ты не крутилась в этом.

— Потому что я сделала такой выбор.

Он покачал головой.

— Ты не понимаешь. Не важно, где я нахожусь, моя банда всегда со мной. Ты видела, как они прикрыли меня вчера вечером. Я могу рассчитывать на них. Если бы у моего брата была такая поддержка…

Брата? У него был брат?

— Они сказали ему вывернуть карманы, но он не хотел отдавать свои деньги и телефон, — сжав челюсть, сказал Эрик. — Он ничего не боялся. «Бладсы» убили его.

Ему было всего шестнадцать лет.

— Боже. — На моих глазах появились слезы. Я потянулась, чтобы взять его за руку, но он отпрянул от меня и хрустнул костяшками пальцев.

— Он был моим старшим братом и всегда присматривал за мной. Но его спину прикрыть было некому. Если бы не мои братья из «Крипсов» в Детройте, меня бы, наверное, тоже уже не было.