он моргнул, взгляд сфокусировался на мгновение, — черт, почти десять лет назад.

Хорошо, может быть, я уже не так хорош как раньше.

Камилла покачала головой. Иногда он не вписывался в роль ответственного

взрослого.

– Тебе следует поспать, старик.

— Нет, нет, нет. Мы пережили еще одну ночь, мы должны праздновать, —

Габриэль сделал глоток из своего стакана. — Как насчет истории? Я не рассказывал

истории уже вечность. Тебе они нравились.

— Мне также нравилось детское меню, — сухо ответила Камилла.

— Не обязательно быть ребенком, чтобы заказывать меню для детей, —

возвышенно заявил Габриэль. — Вот почему все рестораны прячут свое шоколадное

молоко. Потому что мы должны принять тот факт, что мы слишком стары для

определенных вещей. Итак. Однажды жило-было семь героев...

Камилла застонала.

— Они слишком загордились своими дарами, и старая ведьма прокляла их, они

превратились в монстров, и на них началась охота. Гордость предшествует падению.

Конец.

— Ты не забавная, — нахмурился он. — Хорошо, когда-то давно, жил человек, у

которого было трое сыновей…

Она закатила глаза.

— Он не мог позволить себе содержать их, и они пошли учениками к трем

разным мастерам, потом каждый из них проиграл свой дар хитрому трактирщику, но

младший сын выиграл все это обратно. Используй сильные стороны противников против

них самих. Конец.

— У тебя слишком хорошая память, — пожаловался Габриэль.

— Ты рассказываешь одни и те же истории снова и снова, — сказала Камилла. —

Спустя несколько лет они уже не интересны.

— Так ты хочешь новую историю?

— Если я должна сидеть здесь и слушать смутные сказки, — ответила она, — то, я

бы предпочла те из них, которые я еще не слышала.

Почему он такой странный?

Он смотрел на нее мутным взглядом.

— Будь по-твоему. Однажды, — пробормотал он, — жил-был ужасный,

эгоистичный человек, который приносил лишь проблемы тем, с кем встречался. Его

способности приносили боль и страдания людям, и он был убежден, что это способ его

существования. То, что это была просто часть его ДНК, и что единственный способ быть

счастливым заключался в том, чтобы постоянно кормить его алчность. И вот однажды,

сердитая девочка ударила его ногой в голень, и он был вынужден взять ее домой и

кормить.

Камилла вздохнула.

— Думаю, я знаю эту историю.

— Но ты не слышала ее. Так что помолчи. Девушка была монстром. Она ломала

его ценные вещи, которые он копил годами, разрисовывала стены, отказывалась

принимать ванну, подкладывала булавки в обувь, не разговаривала по-английски,

настаивала на том, чтобы есть еду с ужасным запахом, и единственным способом,

которым можно было ее успокоить — это рассказать свои длинные, сложные истории. Он

полагал, что это была карма, которая все возвращает обратно.

— Он никогда не проводил много времени с кем-то, как видишь, а тем более с

ребенком. У него была одержимость по отношению к некоторым людям, но это очень

отличается от тех знаний, что приобретаются, когда живешь с кем-то под одной крышей.

Он и не подозревал о том, что на самом деле означает «дух товарищества» или «семья».

Но с каждой сказкой на ночь, с каждым ворчливым походом в магазин, все менялось. Они

изменялись настолько медленно и незаметно, что он и не понял этого. Они привыкли друг

к другу, сердитая девушка и эгоистичный человек. Он начал думать о ней все меньше и

меньше, как о временной неприятности, и все больше, как о ком-то постоянном и важном.

Но он не в полной мере понимал степень этих изменений до того дня, как ему прислали

письмо.

Он откинулся в кресле, уставившись в потолок.

— Оно было написано могущественной женщиной из еще более могущественной

семьи. Она потребовала присутствия девушки в далекой школе. Она предложила ему

много денег и бесценные артефакты, чтобы он отказался от опеки над девочкой. Мужчина

был оскорблен и обижен тем, что он может отдать ее словно вещь. И тут он вспомнил, что

девочка была всем, о чем он заботился в своей долгой жизни; как мог кто-то ожидать