Джульетта Грэм умерла. Алчность, которая всегда была характерна для этого тела,

охватила меня.

— Она была моей, — взревел я.

Башня начала трястись под нами. На лице Саймона отразилось замешательство.

— Тебе нужна земля, чтобы вызвать землетрясение.

И снова ударная волна покачнула Башню, несколько зеркал пошли трещинами. Я

медленно повернулся. Молния искрились в воздухе вокруг связанного мальчишки Райана.

Мои лозы, сковывающие его, осыпались песком на глазах. Он не шевелился, с широко

раскрытыми глазами, смотря на безжизненную Джульетту.

Потолок начал осыпаться. Осколки стекла скользили по полу, превращаясь в

песок. Разряды электричества достигли кровати и штор, полыхнувших огнем.

— Убирайтесь, — пробормотал он.

На мгновение мною овладел страх, я попятился. Я не ожидал такого. Он

неуправляем, у него не должно быть так много силы.

— Кто ты, черт возьми? — потребовал ответ Саймон, удобнее перехватывая меч.

Но он отреагировал, только когда мужчина вступил в поле его зрения.

— Пошел вон! — взревел Рис.

Через открытые окна ворвался ветер. Он оттолкнул меня и Саймона к стене,

обогнув Джульетту и Риса. Осколки стекла кружились по комнате; я поднял руки, чтобы

оградить лицо от острых, как бритва, осколков.

— Вот и выход, новичок, — сказал я, склонив голову к одному из оставшихся

целым зеркалу. Саймон может активировать его, и мы избежим подавленного горем

мальчика. Последний раз, когда я видел кого-то настолько неистовым, был уничтожен

весь Сан-Франциско. Тогда это было дело рук Волка. Создатель Зеркал — это

совершенно другое.

Саймон медлил, в то время как Рис обратил внимание на его руку, сжимающую

меч, с которого всё еще капала кровь его девушки.

— ВЫ, — закричал он. Сверкающие молнии вместе с осколками кружили вокруг

него.

Больше не колеблясь, Саймон прижал руку к зеркалу. Поверхность замерцала и он

прыгнул. Я нырнул за ним, не обращая внимания на место назначения.

В лунном свете, освещающем комнату через небольшое отверстие, я прокатился по

пыльному деревянному полу. Вокруг разбросаны старые коробки и бутылки. Лесопилка?

Напоминает кладовку старой лесопилки. Я посмотрел на зеркало, из которого вышел.

Статистический разряд всё еще скользил по его поверхности. С безумными глазами

Саймон взял первый попавшийся под руку предмет и запустил им в зеркало. В

оглушающей тишине леса треск стекла прозвучал оглушительно. Опадая, битое стекло

дернулось, словно живое, но все же замерло, упав на пол. И снова тишина. Успокаиваясь,

Саймон глубоко вздохнул, убирая волосы с лица. Что ж, по крайней мере, он достаточно

умен, раз боится необузданной силы мальчишки. Кто же из них окажется сильнее?

Думаю, со временем станет ясно.

Саймон потянулся к мечу, но он, казалось, бесследно исчез. Он повернулся ко мне,

я же невинно опустил руки.

— Однажды ты уже украл его, — заявил он.

Я колебался. Я помнил, что выкрал его из дома Тейлоров. Но не помнил зачем. Я

тряхнул головой, избавляясь от замешательства.

— И я бы сделал это снова, — ответил я. — Но ведь не обязательно быть вором,

чтобы украсть.

— Кто сказал, что я краду? — раздался голос сверху со стропил. — Это более

похоже на заимствование. Но на постоянной основе.

Мы оба посмотрели вверх, мальчик азиатской наружности сидел на краю дырки в

крыше, в руках он крутил меч. Он учится в школе — один из любимчиков Унимо, если я

не ошибаюсь. Все мысли и воспоминания о школе, словно в тумане, большую их часть я

не помнил отчетливо.

— Мы заключили сделку! — прокричал Саймон.

— Вы уже сделали то, что хотели, — ответил мальчик, осматривая лезвие меча,

покрытое кровью. — В любом случае, он не принадлежит вам.

— И что же ты хочешь сделать с ним? — потребовал ответа Саймон.

— А что нужно чучелу с мозгом или железному человеку с сердцем? Чао.

Он исчез в небольшом сиянии, прижимая к себе меч.

Саймон посмотрел на меня. Выражение его лица изменилось, когда он понял, что