Вампиром Эвредика не была точно. Идея сымитировать кровососа ей пришла в голову спонтанно, так как грабители - ночные существа и преподанный урок надолго отучит данную компанию высовывать нос на ночные улицы, а уж одиноких милых дам они будут вообще обходить за версту.

2

 Маргелиус то впадал в забытье, то приходил в себя. Память потихоньку возвращалась. Мысли скользили, не задерживаясь на чем либо конкретном, он слабел с каждым днём.

Ужасно хотелось пить. Казалось, за глоток воды он готов отдать все богатства, которыми он раньше владел, лишь бы почувствовать снова вкус прохладной свежей воды. Он горько улыбнулся… богатства, да… когда-то он был богат, но замок после его пленения, скорее всего, разграбили дотла, поэтому за глоток воды ему, пожалуй, и предложить нечего, если только свою жизнь. Если она ещё кому-то нужна.

Невесёлые мысли о былом богатстве вернули его в прошлое и придали его мыслям философский настрой.

Когда же все пошло настолько не так, что он закончил свои дни в такой глубокой заднице?

Битва при Альгварде? Нет, точно нет, это уже было в самом конце его бесславного поражения. Когда же всё началось?

С дракона, определённо с дракона. Когда в один погожий весенний день к нему пришли гонцы из Страны Роз с прошением принять участие в охоте на дракона. В Северных лесах их королевства, на границе с его землями завёлся дракон: стада жрёт, поля жжёт, урожай топчет, в колодцы плюет, на юных девушек заглядывается. И проводится призыв желающих прибить страхолюдину Воителя ради, а то спасу от него нет, и не будет ли благородный герцог так любезен тоже принять участие в охоте.

Маргелиус почесал подбородок. Драконы воевали с людьми, но сейчас поселились больше на Коралловом острове подальше от материка и на людей нападали редко, если только с большой голодухи. Их численность значительно сократилась с былых времен, в основном из-за храбрых героев, которые считали своим долгом добавить к своим заслугам голову убитого дракона, которую несли в столицы показать народу, затем в свои замки и вешали в трофейных залах на стены, скальды слагали об их храбрости и героизме поэмы.

Недолго думая, герцог взял меч и погрузил свою задницу на самую быструю лошадь из своей конюшни, решив размять кости, не то чтобы он всерьёз собирался ехать убивать дракона, скорее, во дворце все равно скучно, а это хоть какое-то развлечение.

Глядя в прошлое, он видел себя как бы со стороны, вот он молодой, самонадеянный и красивый Лорд Севера, любимец женщин, с тёмно-каштановыми, забранными в длинный хвост, волосами, белой кожей, аристократическим профилем и яркими серо-голубыми глазами, гордо восседая на лошади, едет по лесу. Всё дальше и дальше удаляясь от замка и поселений людей.

Он уже две недели тащился по дебрям, прихлопнув очередного комара, решившего им поужинать, уже решил возвращаться обратно, так как драконом и не пахло. Старые следы дракона попадались время от времени, но на свежий след он никак не мог напасть. Дождик моросил уже третий день практически без перерыва, смыв последние следы дракона, и Маргелиус уже понял, что погорячился, решив, что месить грязь по чащам будет увлекательным занятием. Вино в мехах кончилось давно, как и табак. И чего дома не сиделось. Сейчас бы чай пил с грогом на уютной террасе в тепле, попыхивая трубкой, эх. Ко всем злоключениям несколько дней назад захромал конь, и Маргелиус позавчера оставил его в одной из деревень, оплатив хороший уход трактирщику с плутоватыми глазами и масленой улыбкой, который уверил благородного господина, что всё будет сделано в лучшем виде. Маргелиус вперился свирепым взглядом в лицо трактирщика и, грозно сверкнув глазами, предупредил на всякий случай мимоходом, что он ему верит, а то ему уже пришлось своих трёх предыдущих слуг в жаб превратить, до чего проходимцев развелось, и он рад, что господин трактирщик не таков. Тот нервно сглотнул и уже искренне пожелал господину-магу хорошего пути и сказал, что за конём приглядит, как за родным сыном. В душе кляня свалившегося ему на шею мага на чём свет стоит и желая по дороге ему свернуть шею или на худой конец диарею заработать.

Теперь Маргелиус пробирался пешком, увязая в грязи.

Съёжившись от холода, отложив меч, он устроился под раскидистым деревом и развёл костер, грея руки. Заварил чаю в котелке, попутно чистя наловленных им в мелком озерце ещё более мелких рыбешек, чтобы зажарить. В кишках нещадно урчало уже с обеда. Ужином это назвать было сложно. Но лучше, чем ничего.

Настолько увлекся процессом чистки рыбёшек, что стал даже что-то напевать весёлое и прозевал момент, когда он был уже не один. Так он и встретил дракона.

Боковым зрением герцог увидел огромную лапу, потянувшуюся к почищенной рыбе.

Маргелиус треснул по лапе ложкой, которой мешал попутно чай, чтобы лучше настоялся. Погрузившись в свои мысли, забыл, что он не в замке, и это не пажи пытаются стащить что-нибудь из под носа, пока он жарит шашлыки во дворе. И автоматически выдал.

– Лапы! Не видишь, ещё не готово, жди пока доварится!
– смягчившись он добавил.
– На пока, чайку хлебни с малинками и мятой.
– Передал свою кружку Маргелиус.

Сказать, что Лютый обалдел, а это был именно он, не сказать ничего. Он поглядел озадаченным взглядом на странного человечка, подобрал отвисшую челюсть, так как люди, обычно только увидев его, хватались сразу за мечи, арбалеты, копья и пытались нанести вред разной степени тяжести. А не чайку попить с ним.

Лютый наклонился, принюхался и чихнул. Хм, спиртным от человек не пахло, если только влажной одеждой. Дракон с озабоченным видом уселся рядом, почесав кончиком хвоста подбородок, решил, что сожрать человека он успеет, можно и не торопиться, а то вдруг тот заразный какой, ещё болезнь подхватишь от испорченной пищи или несварение желудка заработаешь.