Шрифт:
Через несколько минут неказистые работники кладбища всё же опустили гроб в землю и стали его закапывать. Когда завершили с установкой тяжеловесного каменного надгробия и металлической ограды, Никита одним из первых нагнулся и положил на рыхлую почву букет белых лилий.
Сразу же вслед за ним к могиле слегка наклонилась девушка в чёрном платке. Быстрым движением она положила рядом с цветами Никиты одну тёмно-красную розу и тут же шагнула на прежнее место, словно желая поскорее завершить данный процесс. Мужчина в болотной куртке в этот самый момент сделался, как показалось Никите, каким-то уж слишком печальным.
"Пусть земля Вам будет прахом... ой, пухом!" -- мысленно обратился Никита к своей тёте. И затем, чтобы его окоченелый труп не слёг следом в соседнюю могилку, решил, что пора отчаливать.
Он напоследок окинул взглядом могилу, чёрно-белую фотографию покойницы (родство с его мамой всё же проглядывалось) и, с чувством хоть и выполненного долга, но всё же с некой пощипывающей изнутри тревогой, что оставляет раньше других это мероприятие, развернулся, вышел на тропинку и медленно побрёл к выходу.
В то время как выход находился совсем близко -- всего-то в шагах тридцати, -- Никита почему-то чувствовал, что так просто из кладбища он не выйдет. Будто должно произойти что-то ещё.
– - Подождите!
– - тут же раздался за спиной мужской голос.
Никита замер. И, прикрыв веки, с мольбою прошептал: "Это не мне, это не мне..." Затем медленно обернулся.
– - Извините! Могу я с вами поговорить?
– - К нему спешил тот самый мужчина в болотной куртке, в глазах которого теперь появилось заметное оживление.
– - Со мной?..
– - произнёс Никита.
– - Именно с вами.
– - По какому поводу?
– - Завещание...
– - остановившись перед Никитой, тяжело задышал мужчина.
– - Завещание Светланы Алексеевны. Меня зовут Михаил Обручев.
– - И, протянув Никите руку, добавил: -- Я нотариус.
– - Я не близкий родственник тёти Светы...
– - Никита нерешительно пожал руку странному нотариусу.
– - Я так... заскочил только...
– - Нет-нет, именно вы-то мне и нужны!
– - возразил тот и даже положил руку ему на плечо.
– - Я?
– - Никита озадаченно глядел то в морщинистое лицо незнакомца, то на его большую руку.
– - Вы -- особенно.
– - Это, видимо, ошибка. Я тёти Светы совсем не знал. И нахожусь здесь по той лишь причине, что меня мама попроси...
– - Нет-нет. Это не ошибка. Я знаю, о чём говорю, Никита.
Парень пристально посмотрел мужчине в глаза. Тот уверенно кивнул. Надо же, знает его имя. Но откуда? Твёрдый взгляд не сползал с лица Никиты. Да уж, деваться, пожалуй, некуда...
Никита неохотно, но всё же двинулся вслед за нотариусом.
– - При разговоре также будет присутствовать Соня, -- сказал тот, когда они вышли из кладбища и подошли к белому "Фольксвагену".
– - Какая ещё Соня?
– - удивился Никита. Но нотариус или не расслышал, шагая впереди, или просто решил оставить вопрос без внимания.
Через минуту подошла та самая девушка в чёрном платке. Никита снова пристально посмотрел на неё.
– - Я сочувствую... вашей утрате, -- с некоторой паузой в словах обратился к ней Михаил.
– - Благодарю...
– - ответила она полушёпотом. На её лице царствовала прежняя мертвенность.
Нотариус быстро и попеременно окинул взглядом Никиту и девушку.
– - Мне почему-то кажется, что хоть вы и родственники, но ещё не знакомы... Это дочь Светланы Алексеевны -- Соня. А это её племянник -- Никита.
"Ничего себе новости... – - изумился парень.
– - Моя двоюродная сестра?.."
– - Привет, -- выговорил он.
На что Соня лишь сухо кивнула в ответ. От неё исходило какое-то холодное бездушие, но под ним словно таилось что-то ещё. Очень похожее на нетерпеливость.
Нотариус открыл дверцу седана и вынул из бардачка пачку бумаг. Никита уже открыл было рот, чтобы снова сообщить, что всё происходящее -- просто огромнейшая нелепая ошибка, но в последний момент передумал. С очень уж серьёзным лицом нотариус выискивал какие-то документы.
– - Гражданка Трофимова Светлана Алексеевна, -- наконец начал тот, обернувшись к Никите и Соне, -- за две недели до своей смерти написала завещание, которое я вам сейчас зачту. Согласно ему...