Ниро тем временем носился смерчем, раздавая непрерывные удары меча и магии, одержимый желанием убить как можно больше врагов и умереть самому. Черные быстро отступали, Ниро не отставал. И они уже почти достигли Тени.

– Он что, всех черных сегодня перебить собрался?
– король опять повернулся было к старому магу, но Изора рядом не оказалось, только лошадь спокойно щипала траву.

Исходящий из центра большого пещерного зала красноватый свет освещал высокие обрывистые стены, и острые выступы отбрасывали четкие черные тени. Свет пульсировал в такт человеческому сердцу, и стены словно жили, дышали вместе с ним. Источником света была огромная, выточенная из цельного кристалла чаша, висевшая в центре зала на восьми длинных цепях.

На одном из выступов старик в синем, казавшимся здесь черным, плаще откинул капюшон с седой головы и протянул вперед руки, запев заунывное заклинание. Чаша зазвучала, запела в ответ и начала раскачиваться - все сильнее и сильнее, и вот она в первый раз коснулась стены. В ответ на удар стены завибрировали, дрожь прокатилась по всему залу, коснулась старика. С гримасой боли он закрыл глаза, в углу рта появилась кровь, но рук не опустил. Следующий удар был сильнее...

Государь спешился и осматривался по сторонам, пытаясь понять, куда исчез Изор. Вдруг словно гром грянул прямо над головой в ясном небе, и в следующий миг старый маг вернулся на поляну, вылетев из пустоты прямо на короля. Похоже, он был без сознания. Лицо его было таким же белым, как волосы и борода, в углу рта запеклась струйка крови.

– Изор, что с тобой?
– Государь опустил старика на траву, слегка встряхнул за плечи, - Что случилось?

Наконец, старый маг открыл глаза. Говорил он с большим трудом и очень тихо.

– Я... разрушил Чашу Магии... Государь... Она питалась нашей силой и давала силу нам, всем причастным истинной магии...

– Но зачем?

– Ниро... Он ведь так близко от Тени... И не только там, в долине... Он полон... полон боли... и ярости... Главное - ярости... В таком состоянии и с его силой попав в Тень, он тут же станет слугой Петли, и каким слугой! Он испепелит весь наш мир, даже не заметив этого, - последние слова Изор произнес свистящим шепотом. Он умирал, - Он хочет погибнуть, - закрыв глаза, прошептал Изор, - Мне жаль мальчика... Но пусть лучше погибнет, чем это... Я должен был спасти нас... всех нас...
– голос прервался.

Государь положил старика на траву и выпрямился, глядя в долину - какой-то жуткий звук - то ли вой, то ли стон, то ли заклинание - привлек его внимание.

Гнавшие Черных воины даже немного растерялись, когда прямо сквозь их ряды, чуть не столкнувшись с парой вовремя шарахнувшихся в стороны лошадей, промчался всадник, врезавшийся в гущу отступавших врагов. И вовремя - граница вспучилась, и в долине показался новый отряд атакующих Тварей. Правда, сейчас воинам Союзного Королевства пришлось только наблюдать со стороны - этот смерч на вороном жеребце, похоже, один справится. Вот только у тех, кто видел его лицо и глаза, странное чувство осталось - словно быть с ним рядом пострашнее, чем с Черными.

А потом... Потом что-то совсем уж непонятное началось: гулкий, разрывающий уши раскат грома грянул прямо над головой, так что заржали и шарахнулись от испуга лошади - а небо-то ясное, ни облачка... ну, там где свободно от Петли, конечно. И в этот же момент так лихо бьющий тварей всадник вдруг рухнул под копыта своего же, взвившегося на дыбы, коня. Правда, конь его не зашиб, ну да со всех сторон кинулись Черные. И - словно волна тьмы взметнулась над упавшим всадником, волна, в которой светились мертвым светом кладбищенских огоньков глаза. И солдаты припали к шеям лошадей, заткнув уши, чтоб не слышать жуткого воя-стона, разнесшегося над полем боя.

Тут же наваждение исчезло, но, похоже, оно подействовало на Черных еще сильнее - они мчались к себе в Тень, только пятки сверкали.

Конечно, всадника подобрали. Он оказался худым седым человеком, очень похожим на Первого мага. Еле дышал, но, похоже, выживет.

***

Кто может сказать, что ничего и никого не боится? Разве что Кохиро - чужеземец со странными узкими глазами. Но Кохиро при Государе - почти что шут, хотя Дориан, увидевший однажды ночью, как чужеземец упражняется со своим гнутым мечом, никогда больше не рисковал смеяться над забавным маленьким человеком. А у любого, даже самого отважного, рыцаря есть в душе потайная дверца, за которой живет страх, и у каждого она открывается своим ключом.

Однако все эти рассуждения, будучи необыкновенно разумными, нисколько не помогали Дориану, четвертый день пробиравшемуся через Изумрудные Горы. В землях, где его отец был наместником, и высокие деревья-то росли по оврагам или возле жилья, и только ветер гладил травы да хлеба на пологих холмах, куда ни глянь. А гор Дориан боялся с детства, со страшных сказок няньки зимними вечерами, и подозревал, что знающий об этом страхе Галад Серебряный Меч, один из Наставников юных рыцарей при дворе Государя, специально выбрал для него дорогу через Изумрудные Горы. Хотя, говоря по-правде, в ту область Заокраинных Земель, куда хотел попасть Дориан, иначе можно было добраться, только сделав большой крюк.

Немало был удивлен уважаемый Галад, чья голова успела стать почти такой же серебряной, как его знаменитый меч, когда Дориану пришло время выбирать Испытание. Конечно, все юные рыцари ищут в Заокраинных Землях что-нибудь позаковыристей, дабы доказать, что они достойны встать в Большой Круг, но ожидать, что простодушный здоровяк Дориан двинется освобождать Принцессу Хрустального Замка... Однако отговаривать подопечного наставник не стал - случались на его памяти и более странные вещи.