— Нет, Ванька. Брат.

— Какой еще клад? — снова встрял Сережин папа.

— Потом расскажешь, — перебил Матвей Николаевич и повернулся к Хранителю. Тому, казалось, было совершенно наплевать на изменение состава участников ситуации. Он так же невозмутимо стоял на прежнем месте. — Послушай. Здесь отец мальчика. Пусть дети сходят за кладом и принесут его. Ты возьмешь отца вместо брата, если мы обманем тебя.

Хранитель молчал, как и люди. Сережин папа по-прежнему не понимал, что это за место, кто такой Хранитель и почему он не отпускает детей, но из слов Матвея Алексеевича он понял, что Хранитель отпустит его сына, если он сам останется здесь. Это сейчас было самое главное.

Хранитель засопел и заворчал что-то неразборчивое. Он думал.

— Ты ничего не теряешь. Тебе ведь все равно, кого из семьи держать здесь. Если ты согласишься, ты получишь своё и уйдешь обратно.

— А если они не вернутся? Если ты обманешь меня, Охотник? — глухо проговорил тот.

— Ты заберешь нас обоих. Даю слово. Ты знаешь, что значит мое слово.

Хранитель думал несколько минут. Люди ждали. Наконец, он решил:

— Хорошо. Пусть идут.

Матвей Николаевич вздохнул с облегчением и повернулся к дочери:

— Ты знаешь, что делать.

— Да, пап. Мы быстро. Вот увидишь.

Он поцеловал ее в лоб и подтолкнул к лесу.

— Идите.

Мужчины проводили своих детей взглядами, и, когда те скрылись в зарослях, Матвей Николаевич не спеша уселся на песок. Сережин папа последовал его примеру.

— Ну что, теперь вы объясните, что происходит?

— Теперь да.

Ночью в будке сидеть скучно, и охранник время от времени выходил наружу размять ноги. Вот и сейчас он стоял рядом со шлагбаумом и смотрел куда-то вдаль, когда из леса выскочили мальчик и девочка лет десяти.

— Ничего себе, — пробормотал он. — Эй, ребята! — они не останавливались, — подождите!

— Нет, — на ходу бросила девочка, не поворачивая головы.

— Где-то я это уже слышал, — пробормотал он, когда они скрылись за углом дома, и пошел внутрь.

Дверь была не заперта. Сережа ворвался внутрь, испугав маму, сидевшую с Ваней на кухне. Она вскочила, бросилась к нему.

— Мам, все в порядке. Это Света, — кивнул он за спину.

— Где ты был? Где отец?

— Подожди. Потом, — он осторожно высвободился из ее объятий и шагнул в сторону брата.

— Вань, принеси монеты. Их надо отдать.

— Какие монеты? — встрепенулась мама.

— Кому отдать? Почему? — насупился брат.

— Долго объяснять. Просто надо.

— Нет уж, — Ваня упер руки в бока. — Объясни-ка.

Сережа смотрел на него снизу вверх, и Ваня вдруг понял, что тот смотрит на него не как младший брат, а серьезно, по-взрослому. Он знал, как смотрит Сережка, когда виноват в чем-то, или когда обижен, или когда грустит, но этот взгляд Ваня видел впервые.

— Вань. Мы должны вернуть клад. Там папа, он не вернется, пока мы не сделаем это.

— Сережа! Что за клад? Где папа? — мама схватила его за плечи и повернула к себе, но Сережа продолжал смотреть на брата. И тот не выдержал этого взгляда.

— Сейчас принесу.

— Сережа!

— Мам. Я тебе потом все объясню. Нам надо идти спасать папу. И вообще.

— Ну уж нет! — она отпустила его, сбросила тапки с ног и наклонилась за туфлями, — одних я вас никуда не отпущу.

— Я тоже пойду, — сказал вышедший из комнаты Ваня. В его руках была та самая коробка.

Было по-прежнему скучно. Охранник сидел в будке и развлекался тем, что пытался придумать, что бы это все могло значить. Сначала врывается какой-то мужик, кричит про сына, к нему выходит другой мужик, они бегут в лес, потом из леса выбегают двое детей и бегут прочь. А где же мужики? Может, все же стоило позвонить в полицию?

Хотя, конечно, это не его дело. Нравится им — пусть бегают.

Поэтому, когда мимо него в лес снова пробежали давешние мальчик с девочкой, а с ними мальчик постарше и женщина, он лишь проводил их глазами и вздохнул. Обращаться к ним он больше не решился, ответ «нет» он уже усвоил.

Они вышли на берег в том же месте. Оба мужчины сидели на песке и напряженно вглядывались в лес, услышав треск веток под ногами вновь пришедших. Света, бежавшая впереди, остановилась, за ней остановились и остальные. Сережа бросил быстрый взгляд на отца, понял, что с ним все в порядке, и украдкой перевел взгляд на маму и брата. Как ни странно, при виде бухты мама не принялась за расспросы и даже вроде бы не удивилась особо. Наверное, то волнение, что она пережила сегодня, не оставило ей сил на удивление. Она лишь облегченно вздохнула, увидев, что с мужем все в порядке. Да и не волновалась она особенно за него, если честно. За время с момента их знакомства она не раз убеждалась, что он достаточно сильный и умный, чтобы справиться с любой ситуацией. Почти с любой.

А Ваня удивился, и даже присвистнул. Кажется, изо всей Сережиной семьи неизвестно откуда взявшееся море на него произвело наибольшее впечатление. Но и он не стал задавать вопросы, только как-то особенно, уважительно взглянул на Сережу. «Ничего себе ты место нашел, и утерпел, не сказал даже мне» — говорил его взгляд.

Но, заметив Хранителя, поняв, что это какое-то существо, он вздрогнул и шагнул вперед, к Сереже с мамой. Сережа понял, что это было инстинкт защитить их. Хотя, конечно, что он мог сделать мистическому существу размером с медведя, к которому даже сильный и опытный Матвей Алексеевич не стал подходить? Разве что отдать монеты.