Спустив ноги на пол, он глянул на часы.

– А теперь одевайтесь, миссис Кристи, и быстренько к себе в отель.

К обеду весь первый этаж отеля «Гидропатик» гудел от напряженного ожидания и бурной деятельности. Старший инспектор Макдауэлл и его подчиненные в штатском затаились в засаде – кто в холле, кто в фойе, кто в ресторане, – с видом в высшей степени секретным. И персонал, и многие постояльцы уже знали, что миссис Нил на самом деле, по всей вероятности, миссис Кристи, поэтому народу в фойе было порядочно.

Флора, которой настрого было наказано оставаться в комнате для прислуги, уже несколько раз выскальзывала оттуда под благовидными предлогами поглядеть, не вернулась ли пропавшая леди.

В самом начале второго в отель вошла Агата. Голова у нее отчаянно болела, перед глазами плавали цветные пятна. Она со всей возможной твердостью прошла через фойе, стараясь не замечать, что все глаза устремлены на нее, и как ни в чем не бывало осведомилась у администратора, не видел ли он Эвелин Кроули.

– Вероятно, она пошла обедать, мэм, – ответил тот, нервозно поглядывая на Макдауэлла.

Агата, поблагодарив, направилась в зал ресторана. Владелец отеля бросился к старшему инспектору.

– Вот она.

Макдауэлл важно кивнул.

– Пожалуй, вы правы.

– Вы собираетесь ее задержать? – спросил хозяин, гадая, что навлечет Агата Кристи на его отель – новые неприятности или новых постояльцев.

– Нет, до тех пор, пока ее не опознает муж, – ответил Макдауэлл. – Она не преступница, но мы не должны ни на минуту упускать ее из виду. – Он взглянул на часы.

– Местная пресса уже здесь, сэр, – доложил хозяин. – Что с ними делать?

– Пока что не подпускайте их к миссис Кристи. Лучше сперва позвоним полковнику.

Человек семь-восемь сидело за столиками в ресторане в холодном зимнем свете, проникающем сквозь стеклянный потолок. Агата направилась к Эвелин, которая была за столиком одна.

– А остальные где?

– Не знаю, – сказала Эвелин – У тебя совершенно больной вид. Может, тебе лучше пойти лечь?

– Нет, мне надо с тобой поговорить как можно скорее, пока они…

– Я знаю, кто ты, – сказала Эвелин. – Они собираются следить за тобой, пока не найдут твоего мужа и не доставят сюда. Поешь что-нибудь?

Агата покачала головой и тут же подперла ее рукой, чтобы не уронить на стол.

– Я сегодня попыталась покончить с собой, Эвелин.

Если бы мне это удалось, ты тоже оказалась бы причастна.

Тебе пришлось бы подтвердить под присягой, что я действительно совершила все это сама.

Эвелин задрожала, но, чтобы не подать виду, принялась копаться у себя в сумочке, потом достала фляжку с бренди и предложила Агате. Та лишь печально улыбнулась.

– Вы все такие практичные. Человек пытается с собой покончить, а вы его потчуете бренди. Словно это обычный обморок. Пойми, Эвелин, – сказала она, – я попыталась себя убить! Ты хочешь меня выслушать – или и дальше будешь отделываться от меня своей глупой, бессердечной, слепой практичностью?

Эвелин заморгала.

– А теперь слушай меня внимательно, – продолжала Агата, – я расскажу тебе о том, что я сделала, вернее, чего мне не удалось сделать, потому что завтра ты получишь мое письмо, так что мне поневоле надо постараться закрыть вопрос. – И она рассказала ей о том, что произошло утром. – Теперь ты понимаешь, – подытожила она, – в каком я оказалась жутком положении. Что мне делать? Что напечатает этот Стентон? Это просто убьет Арчи.

Эвелин побагровела, – шокированная, напуганная, рассерженная.

– Спрашиваешь, что тебе делать? Ты уже, по-моему, сделала все, что могла!

– Мне ужасно стыдно!

– А если бы ты умерла, это вряд ли улучшило бы репутацию твоего драгоценного Арчи!

– Тогда ты бы предъявила мое письмо, – превозмогая слабость, произнесла Агата, – и все бы поняли, что виновата я сама!

– Я-то думала, я твоя подруга, – вышла из себя Эвелин, – а не пешка в твоей игре! А ты все, все спланировала заранее, вот что гадко! А ты подумала, каково было бы мне, если бы ты умерла?

– Тебя никто бы не тронул, – спокойно проговорила Агата.

– Пойдем. – Эвелин поднялась из-за стола. – Пойдем отсюда.

– Боюсь, я не смогу встать.

– Сможешь. Ты здорова как бык. – Эвелин, кипя от ярости, пошла к выходу, волоча подругу под руку, через фойе, под любопытными взглядами зевак, прямиком на улицу, в садик, окружавший отель. – Вот так, – она толкнула Агату на скамейку. – теперь дыши глубже и не падай, не то здесь тут же появится полиция.

Агата откинулась на спинку скамейки, ощущая при каждом вдохе режущий холод зимнего воздуха.