– Значит, как только проснется, - подвел итог взбудораженный лекарь.
– Ну или в крайнем случае - разбужу. Хотя, конечно, надеюсь, он пробудится сам. Спасибо, Тания. Я дам знать, когда будут новости.

Я кивнула и тоже поблагодарила его, взяла сонного Лива за руку, и мы вышли в прохладу рассветающего утра.

Глава 7. Снова в путь

– Пойдем в палатку, если ты заснешь прямо сейчас, я тебя не дотащу.

– Я не сплю, - пробормотал Лив.
– И спать времени уже нет. Давай лучше посидим где-нибудь здесь.

– Здесь?
– я удивленно посмотрела на Лива, а потом поняла, что выглядит он уставшим не только потому, что хочет спать. Вероятно, после того, как я отключилась, им пришлось еще повозиться, прибирая за ураганом. И, возможно, не только в округе лагеря.
– Почему твои силы так быстро истощаются, а мои нет?
– спросила я.

– Не знаю, ати. Среда истощена, а здесь собралось очень много магов. И даже когда мы практически не используем магию, подпитывать силы все сложнее. А ты. Ты особенный случай. Во всем. И ты действительно необычайно быстро восстанавливаешься. И выглядишь прекрасно, - улыбнулся он.

– Значит ли это, что я подпитываюсь как-то иначе? Или чем-то иным?

– Возможно. У меня есть предположение, но не знаю, насколько оно верно. Ты видишь поток на Землю? Ощущаешь его явственно?

Я задумалась и оглянулась внутрь себя.

– Да. Я вижу его. Почему ты спрашиваешь?

– Думаю, тебя может питать сила родного мира.

– Но на Земле ведь нет магии.

– Так ли ты сама в этом уверена? Сдается мне, наши представления были не вполне верны. Она есть, просто преимущественно дремлет, так как никто не будит ее. Но она есть. Ты же пользовалась ею на Земле!

– Да... Не совсем так, как здесь, не уверена, что смогла бы такое там. Точнее, уверена, что не смогла бы, но да, пользовалась. Я заживила сломанную ветвь на яблоне.

– В самом деле? Значит, и магия земли тоже? Способная ученица, - улыбнулся он, весело поглядывая на меня. А в голове всплыла картинка с выращенным им кустом.

– Да-да, именно так, - подтвердила я.
– А вот ты... Иди-ка сюда. Негоже в таком виде появляться перед Старейшими, - сказала я и заглянула ему в глаза, вмиг ставшие нежными и серьезными.

– Тани...

– Мне нравится, когда ты называешь меня так, - прошептала я.

– А мне нравится, что только ты называешь меня Ливом.

– Я люблю тебя, - сказала я и поцеловала его, потянувшись внутренне, окутывая прохладой своей журчащей силы и вливая часть дарованных Землей сил. Лив потянулся навстречу, обдавая жаром своего пламени и решительно обнимая руками. Я увлеклась так, что едва не лишилась чувств от нехватки воздуха. Осторожно отстранившись с гулко бьющимся сердцем и разгоряченным дыханием и кожей, я взглянула на Лива. На щеках его тоже красовался румянец.

– Прости, - сказал он виновато.

– Даже не думай просить прощения, если только не думаешь, что я должна попросить его у тебя в ответ, - сказала я хмуро.

– Тания, я ведь...
– сказал он, прикоснувшись рукой к моей щеке.
– С тобой так трудно пытаться держать дистанцию.

– Вот и не надо, Лив, - хотела уже сказать я, но осеклась.
– Прости и ты меня. Я не умею держать дистанцию, - сказала я.
– "И не хочу", - добавила уже про себя.

– Посиди со мной, - попросил он, присаживаясь под деревцем.
– Тебе и не надо ее держать, Тани. Это я эльдориец, эльдориец с косой, и это я не имею права позволять себе целовать тебя так, будто ты уже моя.

– Хорошо, Лив, как скажешь, я на все согласна, - пробормотала я тихо, прислонившись к его плечу и чувствуя, что засыпаю.
– Только я - все равно твоя.

Теплые язычки щекотали кожу, я улыбнулась и открыла глаза. Лив смотрел ласково и тоже улыбался.

– Привет, соня. Старейшие уже ждут.

– Ты не спал?
– спросила я, оглядываясь. Уже давно рассвело, и вокруг сновали люди, не обращая, казалось, на нас, сидящих под деревом, никакого внимания.

– Нет, знаешь, мне как-то передумалось спать, - сказал он, лукаво поглядывая на меня.

– Понятно. Пойдем?

– Угу.

Когда мы подошли к главному шатру, из него выбежал не кто-нибудь, а Реглиф, радостно виляя хвостом. Котенка с ним не было, и это несколько встревожило меня, но нужно было идти внутрь, а не отправляться на поиски Луны.

Одним из прибывших Старейших эвинов оказался сам Аманга, встретивший нас светом своей улыбки и взглядом теплых глубоких глаз.

Я смотрела на него, и каждая клеточка моего существа проникалась к нему безграничной симпатией и даже, пожалуй, любовью. Ноги мои, казалось, готовы были оторваться от земли, а сердце выпорхнуть из груди.