Баобаб стоял неподвижно, лишь слегка колыхались на ветру самые нижние его ветви.

– А зачем тогда Вы вообще, пропустили нас в Дендрарий, Ваше Величество? – прервала паузу Регина Баяновна, явно вложив в титул ноту сарказма.

– Приведите сюда Синоптика и Рокотана! – на этот раз голос короля Ника заставил задрожать даже средних размеров скалу, запиравшую выход из этой поляны.

От меня не укрылось, как при имени «Рокотан» удивленно переглянулись дракон с кентавром.

– Разве Анунакий не есть Синоптик? – заикаясь от волнения, спросил меня Драхен Рух.

– Синоптик в бегах, и зовут его Двуязыкий Шива, он же – Ипполит Пантелеевич Шептунов – мне было странным, что эти деятели разыскивали именно Анунакия.

– Надо делать отсюда ноги! Теряем время! – Казимирович чисто теоретически пытался выстроить план отступления.

– Коля! А как же Лена? Как дом, дети, внуки? – Гурский, нарушив этикет, попытался еще раз достучаться до новоиспеченного монарха.

Андрей почти достиг цели. Барельеф завибрировал, и мне на миг даже показалось, что из него вот-вот выпрыгнет Николай Михайлович, но некая сила вернула короля лесов на место, и маска на его лице вновь застыла.

«Мои воины пойдут с вами!» – только и изрекло Его Величество, прежде чем монарший барельеф снова слился со стволом баобаба.

– То есть, Правитель даже не допускал мысли, что мы с ним подискутируем? – удивился Раскаталин.

«Абсолютная монархия!» – процедила Регина Баяновна.

– Мы тебя услышали, король! Мы присмотрим за ними! – Кит Бейтс небрежно закинул на «плечо» свою дубину и встал рядом с Пинько.

– Присмотрят они! Куда вы денетесь, голубчики! – Марат Казимирович достал из-под набедренной повязки расписки, которые дали ему еще в Минске завербованные им лично агенты ЦРУ.

Скосив на документы, два торчащих из чурбана смышленых глаза, Робин Гуд обреченно занял в строю свое место.

– Надо же, и колчан появился! – Гурский кивнул на Робина, за «плечами» которого уже болтался туго набитый стрелами колчан.

– Командует здесь она! – Пинько кивнул в сторону старшей амазонки, которая с интересом наблюдала, как ловко исчезают под набедренной повязкой Марата Казимировича волшебные документы.

– Иллюзионист, фокусник! – подмигнул Регине Баяновне Гурский, сам не зная, как это умудряется проделывать Пинько.

– Его Величество, может быть и прав! В принципе, это наша общая задача! Земля в опасности! – подвел промежуточный итог Федор Карлович, когда мы вышли из леса и без лишних приключений пересекли нейтральную полосу.

– А кто и когда нам вернет наши тела? – на глазах Кита Бейтса угадывались слезы, и я отдал должное мужеству этого американца. Неизвестно в какой истерике бился бы любой из нас на их месте. Это в известной сказке, у Буратино были добрые и преданные друзья, да и сам этот деревянный парень, был весельчаком, каких поискать.

Бревно, в которое Флора превратила Робина Гуда, сидело в сторонке, угрюмо теребя тетиву своего лука.

– Мы вполне можем разложить ваши тела и затем вновь собрать их. Согласен, деревянная структура исчезнет, но у нас, в лучшем случае, получиться кусок антрацита. Я проверял, это чуждая нам «механика» – шеф проиллюстрировал весь процесс на пальцах и Кит совсем поник бы головой, если бы она у него была.

– Раньше надо было думать, господа! – похлопал по бревну Пинько, плохо скрывая приступ удушающего его смеха.

– Что Вы этим хотите сказать, Марат Казимирович? – удивился Робин Гуд.

– Служить Добру или Злу! Вот в чем вопрос! – Пинько назидательно поднял вверх палец правой руки.

– Разве они виноваты, что родились в США? – мне было искренне жаль этих парней.

– Родиться можно где угодно! Выбор всегда существует – поддержала Марата Регина Баяновна.

– Я знаком с Вами не так давно госпожа Сасаниди, и у меня с самых первых минут нашего знакомства зреет вопрос – Робин Гуд мастерски держал себя в руках.

– Валяй! – Регина Баяновна стрельнула у Махлюка сигаретку.

– А был ли у Вас отец? – Робин Гуд вызывающе посмотрел прямо ей в глаза, а я отметил, как напрягся Федор Карлович, очевидно, опасаясь приступа внезапного гнева любовницы самого Директора.

– Естественно! Его звали, Баян Степанович. Землеустроитель первого класса. Я поняла Ваш намек – рассмеялась амазонка.

– Давайте, ближе к делу! – Фас Тарпан знал, что наш путь лежит в Минск и с нетерпением бил копытами, уже обутыми в кроссовки.