Мартинес подумал, что отпечатки могли быть поставлены, когда Чандра, держась за стол левой рукой, правой била Флетчера головой об угол.

Миши не подала виду, что подобная мысль могла прийти и ей.

– А что анализ волос и волокон?

– Пока не делал, да и без других улик он бесполезен.

Миши обратилась к Гарсиа:

– Что-нибудь известно о передвижениях экипажа?

Гарсиа заглянул в свои заметки, впрочем, для его отчета это было совсем не обязательно.

– Миледи, почти все, кроме вахтенных, спали. А они ручаются друг за друга. Те, кто все же вставал ночью, говорят, что ходили в туалет.

– Иными словами, кубриков никто не покидал?

– Никто, миледи.
– Гарсиа нервно облизнулся.
– Конечно, мы вынуждены верить на слово, пока...
– он прочистил горло, - не найдем осведомителя.

Миши помрачнела, побарабанила пальцами по столу и повернулась к Казаковой:

– Лейтенант?

– То же самое с лейтенантами и унтер-офицерами, миледи, - чуть виноватым тоном доложила Казакова.
– Те, кто был на вахте, подтверждают местонахождение друг друга, а те, кто спал, - она хотела пожать плечами, но сдержалась, - спали. Информации, противоречащей этой, нет.

– Проклятье!
– Правая рука Миши сжимала воздух. Она гневно осмотрела присутствующих.
– Так не пойдет. Что-то же мы можем сделать, - она рычала.
– Как бы на нашем месте поступил настоящий детектив?
– И это была не шутка.

– Обыщем корабль и экипаж, - предложил Мартинес.

Миши нахмурилась.

– Мы же нашли кровь, - продолжил капитан.
– Немного, но возможно, убийца испачкал манжеты или брюки. Или же вытер руки платком. Если сначала капитана ударили каким-то предметом, надо поискать его. И преступник мог взять и припрятать что-нибудь из вещей.

– Капитан сопротивлялся, не мог не сопротивляться. Может, следы остались, - сказал Гарсиа.

– Сообщите прачечной, пусть проверят вещи, - предложила Казакова.

Неожиданно Миши встала. Она посмотрела на остальных, будто удивляясь, почему они ещё сидят:

– Чего ждем? Мы должны были это сделать еще вчера.

***

Обыск "Прославленного" и экипажа занял весь день. Вся свободная от дежурств команда была отправлена в кубрики, офицеров и старшин разделили на группы, и они подвергли подчиненных внимательному досмотру. В поисках вещей Флетчера перерыли личные шкафчики и складские помещения. В завершение офицеры обыскали друг друга. Мартинес с Миши стояли в коридоре у кают-компании и ждали результатов.

Улики не находились, и командующая становилась всё раздражительней. Сделав недовольное лицо и сжав кулаки, она то быстро поднималась на цыпочки, то опускалась на пятки.

Мартинес решил отвлечь Миши, прежде чем нелепые подскоки сведут его с ума.

– Команде такое не по нраву. Надо бы их успокоить. Можно завтра провести отложенные учения.

Миши наконец остановилась, задумчиво посмотрев на капитана.

– Отлично. Так и поступим.
– И тут же нахмурилась.
– Но у меня нет помощника по тактике.

– А как же Ли или Коэн?

Она покачала головой.

– Им пока рано. Их опыт ограничивается исполнением поручений.

Мартинес почувствовал, что обязан внести еще одно предложение:

– Можно попробовать Чандру Прасад.

Миши с подозрением спросила:

– Почему именно Прасад?

– Она старший лейтенант после Казаковой, а свою помощницу я отдать не могу. Пока не могу.

Это звучало приличнее, чем "она вынудила меня помогать ей", и гораздо лучше, чем "если она действительно убила Флетчера, с ней лучше считаться, а то убьет и нас".

– Я попрошу ее подготовить эксперимент. И остальных тоже. Посмотрим, кто лучше справится, - решила Миши.

Когда Казакова с Хусейном доложили, что ничего не найдено ни в кают-компании, ни в каютах лейтенантов, Миши обратилась к Мартинесу:

– Ваша очередь, капитан.

– Моя?
– удивленно переспросил он.

– Вы тоже подозреваемый. Смерть Флетчера больше всего дала вам, - сказала Миши.

С этой стороны он на ситуацию пока не смотрел. Хотя, рассуждая беспристрастно, в словах комэскадрой был смысл.

– Когда умер Козинич, я еще не попал на борт, - подчеркнул он.

– Знаю, - ответила Миши.
– Но какое отношение это имеет к делу?

Явно никакого. Мартинес без возражений позволил Хусейну, Мерсенну и лорду Филлипсу обыскать комнаты и вещи. Алихан, застыв в дверях, с негодованием следил за каждым движением пэров, словно подозревая, что во время осмотра они стащат что-нибудь ценное.

Из-за бесполезной дневной суеты ужин подали позже обычного. Следовательно, встреча Мартинеса с лейтенантами в неофициальной обстановке на "Нарциссе" тоже состоялась позднее запланированного.