Шрифт:
– И что с тобой произойдет?
– Существуют такие организмы как протеи, пещерные пауки или слепые раки, живущие только под землей. Их кожа выцветает, а солнечное тепло причиняет боль. Они полностью приспосабливаются к той среде обитания, в пределах которой существуют. Отец интересовался этим, считал, что мы будем похожи на них. Потом он рассказал мне о Головастике. Я тоже встретился с ним не по своей воле. Однажды спустился вниз, чтобы принести отцу еду, а он набросился на меня из задела. Что случилось потом, ты знаешь.
– Да кто такой этот Головастик?
– Не знаю. Отец общался с ним. У него большая голова и длинные худые руки. Наверху обычно носит комбинезон, сигнальный жилет и поролоновые подкладки, чтобы придать телу форму. Говорить не умеет и общается с помощью жестов. Отец даже язык глухонемых учил. Пару раз я видел его без одежды. Он очень худой, а его глаза… – Кравцов мечтательно улыбнулся. – В них можно утонуть.
Лейтенант с трудом поборол желание схватить мерзавца за рану, причинив лжецу ту страшную боль, какую он, безусловно, заслуживал.
– По тоннелям бродит какой-то инопланетянин, а ты молчал? Говори все, что о нем знаешь!
– Я не знаю, кто он и откуда пришел, зато видел его в действии. Можешь мне поверить, против него автомат уже не поможет.
Антон хотел спросить что-то еще. Кравцов это заметил, громко застонал и окликнул медбрата, дав понять, что разговор окончен.
– Зачем ты мне все это рассказал?
– Вот мой козырь. Шанс невелик и все же я надеюсь, что ты побежишь спасать этих щенков и погибнешь.
– Я никуда не побегу.
Люди в халатах покатили тележку по коридору. Удаляясь в сторону выхода, Кравцов что-то напевал под нос и часто кашлял. Антон стоял не двигаясь, с ненавистью наблюдая, как тело свихнувшегося обходчика в триумфальном порыве извивается под покрывалом. Издалека донесся его слабый голос:
Помнят с горечью в Тамбове, Хоть прошло немало лет, Об Антоне Гончарове, Чей лежит в метро скелет.***
Дима закрыл папку с делом Самарина и отошел к стеллажу, где стоял деревянный ящик. Он успел просмотреть его содержимое и не нашел ничего полезного. В старом архиве вообще не осталось ничего стоящего, только пыль и пожелтевшая бумага. Пнув ящик ногой, он повернулся и посмотрел на Костю. Паренек склонился над документами, упершись локтями в столешницу, и продолжал читать.
За спиной раздался шорох. Дима схватил фонарик и быстро повернулся. Луч света озарил пыльные стеллажи и открытую дверь в другом конце архива. На полу лежала папка с выпавшими из нее листами. Дима расслабился. Сквозняк трепал стопку листов.
– Пошли искать выход. Мне здесь не нравится. Не хочу, чтобы нас арестовали.
– Подожди, – попросил паренек, заставив навести фонарик на документы. – Я хочу во всем разобраться. Тут может быть что-то важное.
– Что, например? Фотографии были сделаны сорок лет назад.
– Как же тогда объяснить громилу с большой головой? Разве тебе не интересно, кто пытался нас убить?
– Какая разница. Он уже мертв. Прожарился до костей. – Дима указал на стеллаж, который осматривал незадолго до этого. – Тут есть коробка с папками. В них дела еще десяти пациентов. И знаешь, что?
– Ну?
– Все они мертвы.
Дима взял со стола фотографию палаты с двенадцатью кроватями и сунул Косте под нос.
– Прибавь к ним Самарина и Косматского. Сколько получается?
– Самарин один из двенадцати и он не умер.
– Умер. Прошло сто лет. У нас даже здоровый человек не способен столько прожить, а инвалид вроде Самарина тем более.
– Ты знаешь, что такое регенерация?
– Нет.
– Это природная способность организма восстанавливать поврежденные ткани и органы. Взять, к примеру, вампиров…
Послышался вздох. Дима прикрыл глаза ладонью.
– Я серьезно. Вампиры в истории литературы и кинематографии представляют собой классический образчик существ наделенных регенерацией. Об этом подробно написано у Стокера. Дракула пил кровь, чтобы самоисцеляться, сохранять молодость и жить вечно.
– Вампиров не существует.
– Регенерация есть даже у людей, – не сдавался Костя. – В отчете о Косматском было сказано: «…Несмотря на частичное восстановление регенеративных способностей организма…».