– О да. Я не могу забыть того, что с нами было...

– С тобой, - поправил ее Александр.
– Я воздержался.

– Так ты не все мне показал?
– надула губки Мария.

– Нет. Не все!
– улыбнулся Насонов, забавляясь наивностью девушки.

– Тогда мы не уйдем. Ты должен показать мне все!

– Нет, милая. Остальное дома, и после свадьбы!

– Ты... Ты хочешь со мною обвенчаться?

– Зачем с тобою?
– решив немного позлить Марию.
– Ты же за князя скоро выйдешь! Пусть он тебе показывает все!

– Ах, ты мерзавец этакий!
– закричала Мария.
– Отказываться вздумал! А если я все батюшке скажу?

– Да говори! Он не поверит. А лекарь...

– Не продолжая, я поняла!
– Мария села на траву и горько заплакала.

Насонов искренне пожалел, что так раздразнил любимую. Он опустился с ней рядом, прижал ее к себе и сказал:

– Не плачь, Мари, я пошутил. Я сразу же по прибытии попрошу твоей руки.

– У батюшки?
– подняв на него заплаканные глаза, спросила Мария.

– И у матушки. Я полюбил тебя, Мари. И мне другой жены не надобно.

Молодые люди снова поцеловались, Мария долго не хотела отпускать любимого, ей казалось, что она в безопасности только тогда, когда крепко прижимается к нему. Она закрыла глаза и представила, что они уже дома, в своей спальне, после венчания, как хорошо!
– подумала она, открыла глаза... И увидела страшного косматого человека, стоявшего за горелым деревом и с интересом наблюдающим за ними.

Мария в ужасе закричала. Косматое чудище неестественно подпрыгнуло на месте и пустилось наутек.

Насонов понесся вслед за ним, он бежал, спотыкаясь о поваленные деревья, но он точно знал, что это существо надо догнать. Вот кто поможет им выйти из этого проклятого леса! Оборванец бежал быстро, легко перепрыгивая через завалы и торчащие сучья деревьев, но Насонов уже нагонял его. Он был здоров и еще не так голоден, как тот, который от него убегал.

– Стой!
– крикнул Александр, - погоди, я не причиню тебе зла!

Но беглец не останавливался, Насонов видел, что силы у него кончаются и что через какой-то миг он нагонит его и схватит за рваный ворот сюртука. Он уже рассмотрел его - это человек, но чем-то сильно напуганный или совершенно дикий.

Беглец упал, Насонов перевел дух, и, подбежав к нему, прижал трясущегося и плачущего человека к земле.

– Вставай, - приказал он.
– Нам надобно вернуться, там барышня осталась.

– Кто вы?
– стуча зубами, спросил оборванец.

– Я граф Насонов. А ты чьих будешь? Беглый?

– Опять, опять....
– закричал тот, - не беглый я, меня отпустили..

Человек катался по земле и плакал. Насонову стало даже жаль его. Он попытался приподнять его, спросить от чего он так рыдает, но все было тщетно. Мужчина продолжал рыдать, уже свернувшись клубком, лежа на холодной промокшей земле.

– Пойдемте, право, там барышня одна!
– воскликнул Александр и вдруг оборванец перестал плакать и доверчиво подняв на него глаза спросил:

– А вы не посадите меня в клетку?

– Боже правый! Что же ты пережил такого? Как можно так обращаться с крепостными!

– Не крепостной я, - отозвался беглец.

– А кто ж? Ты ход отсюда знаешь?
– переменил тему Алекс.

– Да.

– Так покажи, озолочу!

Мужчина встал, и Насонов только тут заметил, что он еще совсем не стар. Он взял его за рваный рукав и приказал:

– Веди! По приходу накормлю, переодену и денег дам.

– А в клетку не посадишь?
– еще раз спросил несчастный.

– Нет. Слово дворянина!

Мужчина вытер рукавом испачканное грязью лицо, улыбнулся и сказал:

– Пошли!

Они подошли к испуганной Марии. Мария с ужасом взирала на это лохматое и грязное существо, которое разговаривало с графом, и тот, похоже, совершенно его не боялся.

– Не пугайтесь, Мари. Это человек. Он одичал и голоден. Пойдемте, он дорогу знает.

Мария встала, на всякий случай подошла к Алексу и, взяв его за руку, пошла рядом.

– Так чей же ты холоп, и далеко ль хозяин?
– опять спросил Насонов у беглеца.

– Я же сказал, ничей. Я студент.

– Кто?
– хором спросили Насонов и Мария.

– Да, студент. И не знаю, как очутился здесь.

– В болотах?

– Нет. В этом веке, - сказал лохматый студент и, повернувшись к графу, сказал, - я затерялся во времени.