— С Куликова поля? — сказал первое, что пришло на ум, Николай Сергеевич.

— С Бородинского сражения. — Василий обладал не меньшим чувством юмора, чем отец. — Долго еще собираешься держать нас на пороге?

— Я свою миссию выполнила и, пожалуй, пойду. — И Нина намеревалась передать ношу в руки близкого родственника.

— Отец, не отпускай ее одну. К тому же она обещала мне назвать свой адрес, но уже забыла.

Николай Сергеевич смекнул, что сын неравнодушен к сопровождающей.

— Нехорошо обманывать раненого. Между прочим, парень только сегодня вернулся из Вооруженных сил и имеет право на то, чтобы его желание удовлетворили, — сказал отец.

— Какое желание? — растерялась Колесникова.

— Он хочет пригласить тебя в дом по нескольким причинам: во-первых, сегодня Первое мая, во-вторых, как я уже говорил, сегодня Василий приехал из армии, в-третьих, самая главная и уважительная причина — продлить приятное знакомство. Верно говорю? — поинтересовался он у Василия.

— Словно телепат, читаешь мысли на расстоянии.

— Близком расстоянии, — улыбнулась девушка и шагнула в прихожую.

— Кстати, как тебя зовут? — спросил старший Груздев уже за столом, заставленном всевозможными деликатесами.

— Нина. — И она опустила длинные ресницы.

— Ты не волнуйся, Нина, я потом тебя сам провожу, а родителям, чтобы не волновались, можешь позвонить. — Николай Сергеевич по-хозяйски разливал водку, а Василий развернул стул боком и сидел, облокотившись на его спинку.

— Моим родителям не до меня, между собой разобраться не могут уже который год, — не стала лукавить гостья.

Мужчинам понравилась ее открытость, но заострять внимание на неприятной для нее теме они не стали.

— За доблестного защитника Родины, — поднял рюмку хозяин.

— Ой, я не предупредила, что не пью крепких напитков, — спохватилась девушка, лишь когда увидела перед собой полную рюмку.

— За десантников слабеньких напитков не пьют, — уговаривал Николай Сергеевич.

— Ну, если только за моего спасителя, — на удивление быстро согласилась Колесникова, чокнулась с мужчинами и первой до дна опорожнила рюмку под одобрительные взгляды мужчин.

Нина впервые пила водку, поэтому не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть. Она так и замерла с прослезившимися глазами, загоняя изящной ладошкой воздух в приоткрытый рот.

Василий протянул ей бокал с кока-колой.

— Запей.

Девушка выпила чуть ли не полный бокал и с трудом задышала. Услужливый хозяин протянул ей на вилке маринованный болгарский огурчик.

— А теперь хорошо закусывай.

Долгого застолья не получилось. Нину мгновенно развезло. Она приподнялась со стула, но пошатнулась и плюхнулась на место.

— Зря ты ее уговорил, — свалил все сын на отца.

— Откуда мне было знать, что она такая слабенькая? — оправдывался тот.

— Не слабенькая, а непьющая, — заступился парень. — Что теперь делать?

— Уложим в спальне, а сами ляжем в комнате. Это, по-моему, единственный выход.

А девушка застыла с наивной улыбкой на лице, словно говорили не о ней, а о ком-то совершенно постороннем.

— Все равно нужно предупредить родителей. Нинок, какой номер твоего домашнего телефона? — поинтересовался Василий у девушки. Та только закивала в ответ головой.

— Что ты с ней поделаешь? — даже развеселился Груздев-старший.

Но он сообразил, как узнать номер телефона. Подошел к аппарату, снял трубку и показал ее девушке. Видно, в голове у нее еще что-то шевелилось, и она заплетающимся языком назвала цифры.

— Алло, — отозвался недовольный абонент на другом конце провода.

— Я по поводу вашей дочери, она…

— Сейчас мать позову, — прервал его мужской голос. А через какое-то время зазвучал приятный грудной женский голос:

— Слушаю.

— Вы не волнуйтесь, с вашей дочерью ничего страшного не случилось, она у нас переночует.

— У кого это «у нас»?

— Завтра сама обо всем расскажет. Я звоню лишь для того, чтобы вы не волновались.

— Да кто за нее волнуется, не маленькая уже. Без нее забот хватает. — И она положила трубку.

— Можно было и не звонить, — констатировал Николай Сергеевич. Затем они уложили гостью и постелили себе.