— Купи ты мне духи французские, тушь тайваньскую, сережки золотые да наряды модные, — отвечает ему Василиса.

— Ну что ж, исполню твою просьбу, дочь моя ненаглядная. А к чему лежит твое сердечко, Иванушка?

На что сын отвечает:

— Не нужно мне ничего золотого и драгоценного, современного и модного, а найди ты мне, батюшка, живой цветочек аленький.

— Потруднее твоя задача, сын мой единственный, да уж попытаюсь как-нибудь исполнить и твою просьбу.

И отправился Кузьма Данилович в путь-дороженьку. Быстро он нашел подарки для дочери своей, они хоть и дорогие, но для человека состоятельного доступные. А вот в поисках цветочка аленького все ноги истоптал, да так ни с чем домой и воротился.

Расстроился Иванушка, закручинился, свет белый не мил стал. Смотрит на него батюшка, сердце на части разрывается. Не выдержал он тоски сыновней, отправился на берег Урал-реки и кличет золотую рыбку. Приплыла к нему золотая рыбка и спрашивает:

— Чего тебе надобно, старче?

— Как живешь-поживаешь, рыбка желанная, как здоровье твое драгоценное? — спросил Полетаев.

— На Орско-Халиловском комбинате очистные сооружения прорвало, живу так, что ни в сказке сказать, ни пером описать. В норах обитаю, там, где раки зимуют, — отвечает ему рыбка.

— Да и меня горе-горюшко одолело, задал сын задачу непосильную, с ног сбился, не могу найти живой цветочек аленький, — пожаловался Кузьма Данилович.

— Не печалься, старче, твое горе разрешимо. Ступай в город, там на улице Пролетарской, ныне переименованной в Барскую, под номером девять ворота дубовые стоят, за воротами дом липовый. В этом доме живет чудо-юдо лохматое, оно и поможет тебе, — успокоила его сердце рыбка золотая.

— Спасибо тебе за слова добрые, за помощь неоценимую. Прощай, свидимся ли еще? — поблагодарил Полетаев.

Дубовые ворота оказались запертыми на семь засовов, но не успел Кузьма Данилович дернуть за веревочку, засовы пали, дверь и открылась. Навстречу ему по липовому крыльцу спустилось чудо-юдо лохматое в обличье страшного мужика волосатого.

— Проходи в дом, дорогим гостем будешь, — обратилось к нему чудище-юдище.

В доме был накрыт богатый стол, уставленный всякими невиданными яствами.

— Прошу на хлеб-соль, чем богаты, тем и рады, — пригласило гостя чудо природы.

Они сели за стол, выпили вина бургундского, отведали блюда заморские, тихо заиграла музыка, и из соседней комнаты выплыла девушка красоты ослепительной.

— Что за диво, что за красавица? — изумился Полетаев.

— Это Алла — губы алые, по прозвищу „цветочек аленький“, краше ее нет в нашем городе. Золотая рыбка велела тебе отдать, но имей в виду, что этот „цветочек“ — дорогое удовольствие, — отвечало ему чудо.

Увидев „цветочек аленький“, Иванушка несказанно обрадовался, вся кручина его вмиг улетучилась. И Василиса к Аллочке заметно потянулась, в семье воцарились мир и благодать.

Но это вначале все было хорошо. Постоянный прием гостей из-за праздников, которые устраивала Алла, начинал надоедать. Она часто не приходила ночевать, иногда прихватывала с собой и Василису, а той праздная жизнь по душе пришлась. И Иван с Аллой ссорились. Богатство постепенно таяло, приближаясь к катастрофической черте. Так прожили целый год. „Цветочек аленький“ превратился для Полетаева в „цветочек ненавистный“.

Не выдержал Кузьма Данилович. В третий раз отправился на берег Урал-реки и кличет золотую рыбку. Приплыла к нему золотая рыбка и спрашивает:

— Чего тебе надобно, старче?

— Как живешь-поживаешь, как жизнь справляешь? — полюбопытствовал Полетаев.

— Да не очень, здоровье слабое. Все заветы исполнила, только твое последнее желание и осталось. Вот выполню его и уплыву в море Каспийское век коротать, там сложнее в сеть залететь, — отвечает ему рыбка.

Кузьма Данилович ей и говорит:

— Уж думал, что больше не свидимся, да нужда пригнала. Горько тебе, но мне горше. Извел меня „цветочек аленький“, богатства лишил, ласки дочери, да и Иванушка сам не свой стал.

— Не кручинься, ступай домой, помогу тебе в последний раз, — сказала ему золотая рыбка и скрылась в пучине вод.

Через неделю Алла — губы алые, по прозвищу „цветочек аленький“, ушла. А вместе с ней исчезла и Василисушка. Богатство улетучилось, как дым. Еще через неделю сына забрали в армию. Навсегда уплыла золотая рыбка. И остался Кузьма Данилович Полетаев ни с чем у разбитого корыта…»

— Тут и сказке конец, кто слушал, тот молодец. Я там был, мед пил, по усам текло, а в рот не попало, — закончил Груздев.

Несмотря на то, что конец у сказки оказался грустным, Василий буквально сотрясался от хохота.

— Я и не подозревал, что в тебе кроется талант сказочника, — сказал он, вдоволь насмеявшись.

— Понравилось?

— Еще бы! Сатирическая и довольно-таки поучительная сказочка получилась.

— Ладно. Детям, между прочим, после сказки положено спать. — И отец перевернулся на другой бок. Василий закинул на него руку и уткнулся лицом в спину Николая. И ему так стало хорошо, спокойно и надежно за широкой спиной отца…