— Десятку нашел! Во-он у той стены, что в другой переулок выходит…

Дальнейшие поиски ничего не дали. Десять рублей, найденные мальчишкой, были единственными. Дегтярев, обладавший феноменальной памятью на цифры, посветив фонариком, сказал:

— Кажется, из тех. — Достал бумажку. Проверил. — Так и есть. Исаевская.

— А куда девались остальные? Может, кто из ребят унес? Они прямо тучей набежали. Как саранча. Что теперь будем делать, Кирилл Михайлович? — спросил Верезов.

— Составим протокол.

— Не очень-то здесь удобно писать.

— Ничего. Ты только свети получше.

При тусклом свете фонарика Дегтярев занялся протоколом. Указал номер, серию купюры, ее внешний вид.

— Проверьте и подпишите, — сказал он понятым.

Понятые подписали.

— Теперь ты подпиши, — обратился Дегтярев к мальчишке.

— Я?!

В этом возгласе было столько восторга и гордости, что Дегтярев с трудом сохранил серьезность.

— Ты ведь нашел деньги. Ты и подписывай. Вот так. Все.

Задерживаться здесь дольше не имело смысла.

Дегтярев сказал Верезову:

— Поехали в отделение. Пусть организуют охрану дома и никого сюда не допускают. Может быть, деньги завалились за доски или кирпичи. В темноте могли и не заметить. — Они подошли к машине. — Непременно надо выставить на ночь пост. Если у Никодимова денег при себе нет, утром вернемся сюда, поищем поосновательнее.

Дегтярев открыл дверцу, сказал шоферу:

— Поехали в ближайшее отделение милиции.

Сел сзади, рядом с Верезовым:

— Ты чего скис?

— Не могу себе простить, что не поставил у этих идиотских развалин ни одного оперуполномоченного!

— Себе? — задумчиво переспросил Дегтярев. — А мне ты можешь простить, что я вмешался в ваши дела?

— Но, Кирилл Михайлович…

— Не пытайся меня оправдать. — Кирилл был слишком честен, чтобы перекладывать свою вину на других. — Оперативные действия — прерогатива милиции. Незачем мне было в них впутываться. Не рассчитывал бы ты на меня, наверняка бы все лучше продумал.

В голосе его не было ни горечи, ни уныния. Только констатация фактов. Просто Кирилл терпеть не мог, совершив ошибку, стараться ее замазать. Ошибка есть ошибка и уж коли совершил ее — не повторяй в дальнейшем, и не делай вид, что ты прав, — имей мужество сознаться! Впрочем, Кирилл даже не подумал о том, что для этого нужно мужество. Подумал об этом Верезов, уважительно, чуть ли не любовно поглядывая на Кирилла. Что же касается Кирилла, то он, считая вопрос исчерпанным, сказал:

— Хорошо, что ты не в форме, Гриша. У меня возникли кое-какие соображения. Понадобятся еще два работника в штатском.

— Возьмем сейчас в отделении, — сказал Верезов.

— Возможно, денег у Никодимова нет. Тогда я его отпущу. Пусть считает, что вышел сухим из воды.

— А мы, — подхватил Верезов мысль Кирилла, — проследим, куда он от вас направится.

— Именно. Если Никодимов встретится с сообщником, следить придется за обоими. Но не задерживать, потому что и у того может денег уже не оказаться.

— Понятно.

— Не сбей еще какую-нибудь тетку с ног, — улыбнулся Дегтярев. — Тетки все-таки не кегли.

— Первый раз в жизни случилось… Честное-пречестное. Смеетесь, Кирилл Михайлович? Не верите?

— Нет, просто вспомнил, что Нелла тебя зовет «Честное-пречестное». Она еще вчера спрашивала — почему «Честное-пречестное» целую неделю к нам глаз не кажет.

Краска медленно залила лицо Верезова. Он совершенно терялся, когда речь заходила о Нелле.

— Шесть дней… — пробормотал Верезов. — Вчера было ровно шесть дней. Нелла сказала, чтоб я не появлялся месяц. Ей надо готовиться к сессии…

Вот как? Значит и этот? Мальчишки за Неллой табуном ходят. Вздыхают. А ей смешно. Даже вечно веселый, насмешливый Верезов стал совсем как теленок…

— Знаешь что, Гриша? Приходи-ка ты к нам, как только освободишься.

— Раньше чем через месяц? — испуганно спросил Верезов.

— В ближайшие же дни. Не бойся, — рассмеялся Кирилл. — Вину возьму на себя.

Машина затормозила у отделения милиции. Вскоре Дегтярев с пристрастием осматривал оперуполномоченных. Надо, чтобы внешность их была самой заурядной и ничем не могла привлечь внимания Никодимова или его сообщника. Два молодых оперуполномоченных показались ему наиболее подходящими. Начальник отделения одобрил выбор: