А снятую тогда с наших убитых солдат форму дети наши, за три года подросшие в оккупации и отправленные на фронт, стирали, дыры от пуль на ней зашивали и на себя одевали. Да и не только они: мужчин постарше тоже на фронт отправляли тогда – деда Ваню нашего, например.

На глазах у бабы Кили блеснула влага, и с одного из них сорвалась слеза. Вытерев ее кончиком платка, она некоторое время сидела молча и покачивалась из стороны в сторону, затем, подняв на меня печальные глаза, спросила:

– Я тебя еще не утомила своими «сказками»?.. Ты помнишь, когда тебя маленьким твоя мама сюда к нам привозила, ты любил мои сказки слушать. Особенно тебе нравилась сказка про Ивасика-Телесика,… помнишь?

– Помню, бабуся… Я ту сказку никогда не забуду,… и то о чем Вы мне сейчас рассказываете, я тоже никогда не забуду,- подавленным голосом добавил я. Я вновь плеснул в граненый стакан вино и, давясь, выпил. – А дальше, бабуся, что было?
– вновь нетерпеливо стал допытываться я.

– А дальше наши хаты стали обходить уже наши солдаты с офицерами,- вновь заговорила она.- К нам тоже зашли два солдата, и с ними был офицер молоденький - лейтенантом он был. Сначала мы ему передали тех солдат, что мы прятали: убитого и раненного, а потом тот офицер к деду Ване подошел и стал спрашивать у меня: кто он и что с ним. Я объяснила ему, что это мой муж, что он ранен в голову и в позвоночник, что плохо ему и попросила лейтенанта, чтобы он и деда Ваню вместе с раненным солдатом в лазарет отправил.

– А почему у него перевязка немецкая, - тут же спросил он.

Я ответила ему, что перевязывал деда Ваню немецкий врач.

– А как его ранило?- уточняет он.

Я ему рассказала, как это случилось, и он говорит мне:

– Ты что же, тетка, хочешь, чтобы я поверил, что наш советский самолет бомбил своих мирных граждан?.. Заруби себе на носу, что советские самолеты уничтожают только фашистских прихвостней, помогавших им в войне против Советской власти, и мужик твой, видать, такая-же мразь…

Я когда услышала эти слова, чуть дар речи не потеряла.

Я стояла молча, а из глаз моих градом текли слезы – я не могла их остановить.

Аня с Ниной что-то тому лейтенанту говорили, а я не слышала ничего. А к вечеру деду Ване опять плохо стало. Послала я опять Нину к нашим за лекарствами, а она без ничего пришла, плачет – отказали ей, говорят: своих раненных лечить нечем. Ну, думаю, на этом деду Ване и конец пришел - мы уже только на чудо надеялись.

А как-то к вечеру к нам во двор два солдата пришли и спрашивают у меня:

– Иванцов Иван Климович здесь живет?

– Да, – отвечаю, - а в чем дело?

– Да, вот, - протягивает мне один из них клочок бумажки, - нас попросили, чтобы мы ему приглашение на курорт передали.

Позвала я Аню, и она мне вслух читает:

«Повестка. Военнообязанному Иванцову Ивану Климовичу.

На основании закона о всеобщей воинской обязанности Вам надлежит явиться на сборный пункт Варваровского военкомата к такому-то часу, такого-то дня. При себе иметь: паспорт, военный билет, две пары нательного белья, кружку, ложку, полотенце, предметы личной гигиены, продовольствие на 3 дня. Иметь исправную одежду и обувь.

За неявку к указанному времени будете привлечены к уголовной ответственности».

Когда Аня прочитала мне эту повестку, меня такая злость взяла… Говорю, я этим солдатам:

– Идемте со мной...

Завела я их в хату и, показывая им, совершенно пустую комнату с огромной дырой в стене и лежащего на полу на тряпках еле живого деда Ваню, спрашиваю:

– Какая же тут, к черту, может быть уголовная ответственность?.. О каких двух парах нательного белья,… исправной одежде, обуви и продовольствии на 3 дня они там пишут?!.. Они, что там, в военкомате, совсем уже с ума посходили?

Солдаты в затылках почесали и говорят:

– Нам приказали повестку передать – мы передали, а дальше уже сами решайте свои проблемы.

Побежала я тогда к председателю колхоза – Андрею Мизенко и, показывая повестку, спрашиваю его, что мне делать-то?

– Не знаю, - отвечает он мне, - но с этим делом лучше не шутить - за неявку можно и в тюрьму загреметь.

Посмотрела я на него умоляющими глазами.

– А может, ты мне справку напишешь, что дед Ваня ранен и не может прибыть к назначенному времени?