Он позвонил Ольге. Она снова радовалась его голосу, но он строго одёрнул её и велел передать Карине, чтобы та немедленно скрылась с сыном подальше от глаз и рук мафии. Ольга насторожилась, но секунду спустя, пыхтя распалённой тревогой, клялась, что сделает это, не откладывая ни на минуту. Сергей с удовлетворением понял, что лучший способ излечить Ольгу от интимных притязаний к нему – манипулировать её материнским инстинктом, самым легко поддающимся из всех.

После этого звонка, узнав адрес дома, он вызвал такси и съехал, оставив записку, что покидает хозяев в целях конспирации и что сам найдёт их, когда ему понадобится помощь.

Сергей снимал квартиры или селился в гостиницах, как правило на несколько дней. Он и Олег строжайшим образом соблюдали меры предосторожности. Они искали хорошо подготовленную команду киллеров, ту, которая могла бы выполнить любое сложное убийство, и чтобы эти люди не принадлежали к мафиозной группировке, дабы исключалась всякая вероятность пересечения её интересов с организацией Базанова или утечка информации, имевшая место в конкурентном, но и прозрачном преступном мире. Им требовалась команда вольных стрелков, работавших только за деньги и не известных даже спецслужбам. И хотя специфические западные издания порой пестрели объявлениями, где в завуалированной форме предлагались подобного рода услуги, задача оказалась совсем не простой, поскольку здесь, как и на любом другом рынке, достаточно было дилетантов, а то и просто проходимцев. Настоящие же профессионалы не спешат отзываться на всякий запрос. У них долгий перерыв между операциями, в которых они пытаются не повторяться, чтобы не оставить почерк, они реагируют на высокую оплату, требуют скрупулёзного подбора оружия и тщательной разработки клиента.

Эмиссары от Олега перебрали множество агентов, пока не набрели на того, кто заинтересовал их. Тот не спешил заключить контракт, проверял и только после некоторых встреч продемонстрировал искусство убийства представляемой им команды, показав на явочной квартире видеофильм по исполнению заказа, отснятый скрытой камерой. Ликвидация происходила в Москве. На одном из проспектов снайперы на ходу расстреляли машину высокопоставленного чиновника – года три назад это убийство наделало много шуму, но следствие так и не продвинулось – никаких следов. Стреляли с крыши, сколько было стрелков, неизвестно, камера располагалась в другом месте и запечатлела, как синяя «вольво» вдруг резко осела, когда раздались хлопки и шипение подбитых шин, неуклюже заскакала, как раненое животное, и развернулась посреди дороги. Звонко плюхались пули, за секунды превратив её в облезлое решето, внутри кто-то бился руками, как утопленник, брызгали кровавые пятна. Ещё секунды и всё кончено. Ещё секунды - и всё кончено. На какое-то мгновение над шоссе навис гул двигателей – всё замерло при виде разыгравшегося средь бела дня кровавого зрелища. И потом это страшное затишье прорвалось неистовым возбуждением в сигналах, криках, воях сирен.

Жуткая и одновременно впечатляющая картина, но у Сергея, уже некогда разыгравшего действо смерти, она не вызывала того омерзительного ужаса, леденящего кровь, которое испытывают первый раз, а убеждало его холодно оценивающий рассудок, что он имеет дело с редкими профессионалами. Какая дерзость и мастерство - уничтожить объект в несущейся машине в дальнего расстояния и с помощью только стрелкового оружия. Контракт был заключён.

Примерно в тоже время дело Базанова настолько развалилось, что вряд ли бы дошло до суда. Совсем скоро его могли выпустить. Но если Сергей поспешит убрать его, то, возможно сделает ошибку. Соперник коварен и умён и, предполагая его замысел, наверняка подстраховался.

Возможно, они уже дали ему предупредительный сигнал. Как? Он подозревал как.

Если они охотились за ним с первого дня его исчезновения, не спуская глаз с Карины, то похоже, не он ушёл от них из-под самого носа, а они намеренно позволили ему уйти. Это Ольга думала, что спасает его, а на самом деле она играла роль наживки. Они знали способность Щеглова просчитывать ходы вперёд и надеялись, что он всё поймёт. Но если он раскрыл их игру, то должен дать знать об этом, подтверждая, что он готов играть по их правилам и не делать опрометчивых шагов.

Но в чём заключалась их страховка?

Если они не планировали схватить его, то хотели только выследить.

Зачем?

Вероятно, чтобы сделать снимки или видеозапись и передать всё на Лубянку, доказывая, что он жив. Следственный органы сова возбудят против него уголовное дело. Его объявят в розыск по каналам Интерпола.

Но не в интересах Базанова, чтобы Сергей попал в руки правосудия, его будут шантажировать такой возможностью, пока не вернут деньги. А потом… Потом – уберут. Он ведь всё равно не числиться среди живых.

Перед Сергеем стояла сложная задача, похожая на ту, как вылезти сухим из воды: избежать уголовного преследования и убрать Базанова и его сподвижников. Нужна была тонкая игра.

Итак, Сергей рискнул разыграть трусливую уступчивость, в неё логичнее всего поверить недругам. Однажды он связался с той самой правой рукой босса, Толиком, который сейчас замещал его на свободе. Телефон раздобыло детективное агентство.

– Ты куда пропал? – изобразил удивление Толик, когда понял, кто звонит.

– Я залёг на дно.

– А теперь, значит, всплыл? – насмешливо воскликнул собеседник.

– За мной какие-то парни ушиваются.

Сергей пытался избегать прямых вопросов.

– ты, вообще, откуда звонишь?

Но и собеседник не лыком шит, чтобы с ходу раскрыть карты. Хотя это игнорирование скрытого вопроса доказывало, что его люди следили за Сергеем.

– Не имеет значения. Одно могу сказать, что хвост я заметил в Париже.

– Не так то просто заметит слежку, когда её ведут профессионалы. Да ещё при современных-то электронных штучках.