Шрифт:
Ответ пришел сразу – он был прост и очевиден.
– Да потому, что они думали так же, как и я, – произнес Чарли вслух. – Просто поездка по Пустоши. Туда и обратно.
Чарли вскочил и заметался по комнате.
В мыслях царил полный бардак, ему никак не удавалось сосредоточиться. Он бездумно ходил из угла в угол, обхватив голову руками, пока не налетел на угол стола. Микрофонная стойка закачалась и упала.
Может быть, от боли, а может быть, от этого звука, в голове у Чарли немного прояснилось. Он сел и водрузил стойку на место. Рано паниковать. Со связью могло случиться что угодно, молчание еще не означает катастрофу.
– Надо подождать, – тихо сказал Чарли. – Надо подождать. Подождать.
Он посмотрел на микрофон. Обернувшись проводом вокруг стойки, тот напоминал высушенную змею. Холодную и совершенно мертвую.
«А вдруг он сломался, когда упал?»
Чарли схватил микрофон и внимательно осмотрел его. На вид никаких повреждений.
– Успокойся, – сказал он самому себе. – Не психуй. Будет только хуже.
Он осторожно поставил микрофон на место и стал ждать.
Сумерки за окном сгустились и через несколько минут превратились в темноту. Чуть слышно тикали кварцевые часы на стене. Рация по-прежнему молчала.
Чарли сидел, почти не двигаясь, закрыв ладонями лицо. Иногда он поднимал голову и оглядывал комнату. Буквально все здесь хранило след его сестры: воздух был пропитан запахами духов и сигарет, стена оклеена фотографиями Лас-Вегаса. Они притягивали внимание, как магниты, и Чарли помимо воли принялся их рассматривать.
Линда мечтала когда-нибудь там побывать. «Вот срублю денег и поселюсь в каком-нибудь шикарном отеле, – говорила она. – В „Четырех сезонах“ или „Луксоре“. Кстати, там можно купить вертолетную экскурсию к Большому Каньону. Вот это было бы клево!» Чарли соглашался с ней. Да, безусловно, будет клево, хотя сам он считал поездку в Лас-Вегас самой идиотской тратой денег, которую Линда могла бы придумать. А фантазия у нее работала. Она была очень увлекающейся, очень импульсивной. И из-за очередного дурацкого импульса угодила в беду. В страшную беду.
Чарли глухо застонал, чудом удержавшись от того, чтобы вскочить и снова начать бегать из угла в угол.
Время ползло медленно, и с каждой минутой нервы у Чарли натягивались, словно кто-то наматывал их на колки. «Я сижу тут и ничего не делаю, – думал он. – Надо что-то предпринять!» И тут же отвечал сам себе: «Ага. Конечно! Нет проблем! Вот Линда уже предприняла. Ты тоже хочешь попробовать?»
До полуночи Чарли еще несколько раз пытался связаться с грузовиком, но все безрезультатно. Он то вставал и принимался ходить по комнате, рассматривая фотографии, то вновь садился. Ожидание сводило с ума.
Чарли опустил голову и прикрыл глаза. Минута отдыха, просто, чтобы немного успокоить нервы.
– Чарли?
Голос отца доносился откуда-то с другой планеты. Чарли зашевелился и попытался разлепить глаза.
– Чарли? Что ты тут делаешь? Что-то случилось?
– А?
– Где Линда?
Остатки сна мгновенно улетучились. Взгляд помимо воли метнулся к рации. Лампочка индикатора записи не горела. Вся боль и усталость предыдущего дня вновь навалились, как будто он всю ночь не смыкал глаз. Чарли закрыл лицо руками.
Лайан заметил, как сын посмотрел на рацию, заметил, какое серое у него лицо и круги под глазами. Он понял, что произошло.
– Зачем? – спросил он и сел на стул.
– Майкл пропал.
Лайан покачал головой.
– Проклятое место, – сказал он. – Так вот почему военные перекрыли все дороги.
– Они сделали это?
– Сегодня рано утром. Я сам видел. Решил заехать сюда, спросить, не знаете ли вы, что происходит. Чарли, что с твоей сестрой?
Тот пожал плечами.
– Я не знаю.
– С кем она поехала?
– С Краучерами.
– И давно они… пропали?
– Не выходили на связь с четырех часов вчерашнего дня.
– Черт!
Чарли достал сигарету и закурил.
– Нам нужно ехать за ними! – решительно заявил Лайан.
– Бесполезно. Нас не выпустят из города.
– Хрен эти англос [10] остановят старого навахо!
– Отец, брось эти индейские шуточки. Это уже не игры!
– Молчи, дурак! Вам надо было понять это раньше! Еще до того, как вы стали играть в эти свои «не игры»! У меня там дочь!
10
Так жители Нью-Мексико, многие из которых метисы, называют северян.
– А у меня сестра.
Чарли спокойно смотрел на Лайана. На секунду ему показалось, что блеск в глазах отца стал угасать… но только на секунду.
– Тем более!
– Отец, я бы не хотел… – начал Чарли.
Но Лайан перебил его.
– Ты бы не хотел? Я скажу тебе, что бы ты хотел! Ты бы хотел прийти к моему дому в девять вечера, сесть в мой «тахо» и заткнуться!
– Мы тоже сгинем.
– Это мы еще посмотрим.
– Нечего тут смотреть, – сказал Чарли устало. – Это ясно, как божий день.