Князь, сидевший справа от меня, подхватил кожаную папку и вышел к трибуне, предпочитая вещать оттуда.

– Первый вопрос, решаемый сегодня, это крестьянская реформа, по форме Низовских и Тульских земель. Все Советники должны были получить копии проекта. Я, как председатель Государственного совета, предлагаю голосовать за весь документ целиком, потому как, этот закон уже действует в двух наших землях, и принят он нашим нынешним государем, - сразу, без вступления начал Безбородко.

Но его прервал голос человека, сидевшего по левую руку от меня. Это единственный человек, кроме меня, кто мог прерывать речь канцлера. Вице-канцлер, избранный Сенатом, он же министр по земствам и городам, граф Строганов Александр Сергеевич.

– Ваше Высокопревосходительство, позволю себе сказать, что в названных землях за утверждение этого закона, голосовала губернская дума. И поэтому, я предлагаю проголосовать за этот закон, но при условии, что он вступит в силу, только после утверждения в местной думе.

– Я согласен с вами, Александр Сергеевич, - ничуть не смутился Безбородко.
– Внесем это изменение. Господа прошу голосовать.

Как я и ожидал, большинство было за.

– Благодарю, вас канцлер, теперь прошу выступить вице-канцлера, министра земств и городов, графа Александра Сергеевича.

И вот на трибуне, вице-канцлер сменил канцлера. Пожилой граф, избранный на свою должность Сенатом, так же имел титул Почетного предводителя дворянства Санкт-Петербурга, избранным предводителем дворянства Санкт-Петербурга стал великий князь Павел Петрович.

– Ваше императорское Величество, уважаемый Государственный совет, у меня имеется дело, касающееся не только моего ведомства, но и экономическое ведомство графа Румянцева. Это вопрос сбора налогов. Наш государь, взяв курс на расширение местного самоуправления, постановил разграничить налоги, собираемые государством, и собираемые губернией. Мне же, как министру земств и городов, пишут письма, с просьбами, - граф замолчал, и открыл свою папку. Нацепив очки, он стал читать.

– О дозволении разграничивать налоги и сборы в губернии на собственно губернские, городские, уездные и земские, а так же разграничить ответственности по исполнению воли государевой. Решения, о разграничивании принимать голосованием в думе.

– Граф Александр Сергеевич, - это уже я, успел вперед Безбородко, который тоже хотел, что-то сказать.
– Мне кажется это вполне здравая мысль. Но кто будет нести ответственность, если какая земская управа или уездная, не починит дорогу, или мост у нее развалится?

– По моему мнению, за это должен отвечать местный предводитель дворянства, возглавляющий управу. В плоть до губернского предводителя, если этот мост или дорога находится в его ведомстве.

– А почему это не прописано в прожекте?

– Это есть в прожекте светлейшего князя Петра Васильевича.

– У меня вопросов больше нет. Александр Сергеевич, я за ваш прожект.

– Спасибо ваше величество, - Строганов благодарственно поклонился мне, хотя это было больше похоже на кивок, затем развернулся к аудитории. При этом золоченная вышивка играла на свету от огромных люстр, висевших в зале.
– Слушаю ваши вопросы, господа.

Со своего места поднялся мой бывший гофмаршал. Николай Николаевич, после того как я назначил его одним из министров, преобразился до неузнаваемости. От чопорного, неторопливого человека, не осталось и следа. Он просто излучал энергию. Казалось, что Головин сбросил десяток лет.

– А кто будет отвечать за школы, больницы и университеты? Это не дорога, и не мост. Здесь необходима система, а если каждый будет ими управлять, кто во что горазд, то мы получим бардак.

– Я вас понял Николай Николаевич. У вас есть готовое предложение? Да? Тогда прошу вас на трибуну.

Головин по молодецки прошелся к кафедре, и начал читать. Основная мысль сводилась к тому, что строительство школ, университетов и губернских больниц должно лежать на государстве. На что нужно брать налог с городов, купцов и дворян. Содержание университетов должно лежать так же на государстве. Губернские больницы на губерниях, школы на земских и уездных управах. Строительство уездных больниц должно лежать на владетельных дворянах, купцах и промышленниках. Земства должны содержать врачей, принимающих на дому, строительство больниц по желанию. Содержание школ и уездных больниц либо на управах, либо думе. Строганов обещал доработать, и после согласования с Головином, отдать мне на подпись. Но вмешался Лопухин. Его идеи касались полиции. Предложенная им схема очень походила на Американскую в моем мире. То есть государственная полиция, губернская, городская и местная. Соответственно ложилось и финансирование.

– А так же, мы испытываем недостаток в судиях, как государственных, так и местных. Поэтому хотел бы попросить Николая Николаевича увеличить число студентов, учащихся на юридическом.

Головин обещал решить этот вопрос и представить отчет к следующему заседанию Государственного совета. Следующим стал граф Остерман. Он предоставил отчет по добывающей и обрабатывающим отраслям. Сообщил о трех миллионах рублей, заплаченных Демидовыми и Строгановыми за новые технологии в добычи и обработке железных руд. О строительстве на верфях Санкт-Петербурга и Одессы торговых кораблей. О закладке новых верфей.