Инспектор взял его у нее и положил в карман. После этого двое мужчин спокойно направились на второй этаж. Пробыли они там больше часа. Инспектор в основном играл роль заинтересованного наблюдателя. Прежде чем покинуть дом, Дин, как более худой, вылез через маленькое окошко на крышу кухонного крыльца и внимательно осмотрел все водяные сливы и внутренность трубы для стока воды. Нашел ли он что-нибудь в доме или нет, я не знаю, но на крыше он не нашел ничего, и оба они наконец ушли. Герберт направился в центр города в лабораторию к своему микроскопу, где рассматривал обычную домашнюю губку, используемую в хозяйстве, а инспектор пошел на тот самый допрос Брайана Дэлтона, который вывел из себя всех, кто работал по этому делу.

В тот вечер мама долго собиралась и наконец решила съесть кусочек цыпленка под белым соусом. Она была в плохом настроении. В шесть вечера пришел доктор Армстронг и сделал ей укол, который делал обычно, но он был слишком заинтригован исчезновением Холмса и уделил мало внимания ее жалобам. Поэтому она не была им довольна.

— Это еще одна вещь, подтверждающая то, о чем я говорил раньше, — сказал доктор. — Слуги знали, что Холмс взял свои вещи, но промолчали. Весь этот проклятый Полумесяц взял на себя обет молчания!

Мама холодно посмотрела на него.

— Люди, которые могли что-то сказать, теперь уже ничего не скажут, доктор, — заметила она. — Кроме того, зачем копать дальше? Это исчезновение моего шофера может означать только одно.

— Вы действительно считаете Холмса виновным в убийствах?

— А почему нет? Вероятно, он уже давно спрятал где-то золото, а сейчас убежал вместе с ним. И кто, кроме Холмса, мог ударить Луизу?

— Но ведь он был заперт в спальне? Я прав?

— А откуда вы знаете, что у него не было второго ключа?

— Но зачем ему было нападать на Лу?

— А это уж дело полиции решать, зачем он это сделал, — холодно заметила мама. — Хотя то, что они узнали, ничего не объясняет. Но люди делают странные вещи, доктор. Я прекрасно помню, как наш дорогой епископ встал однажды ночью, вошел в спальню своей жены и буквально оторвал спинку ее кровати. Потом он объяснил, что сделал это во сне. Но я всегда сомневалась.

Когда я вышла проводить доктора, он сказал мне то, о чем я думала сама:

— Не разубеждайте ее. Возможно, она и права. Но я другого мнения. Ей приятно так думать, она может согласиться с тем, что Холмс преступник. Он принадлежит к тому классу, который, по ее мнению, является средой для возникновения преступников. Но она всегда боялась, что преступником может быть кто-то другой, из ее среды. Не забывайте об этом, Лу. Она боялась этого с самого начала.

Этот разговор состоялся часов в шесть, и до девяти вечера мы ничего не знали ни о Холмсе, ни о машине.

Потом инспектор Бриггс сообщил мне, что машина нашлась, а Холмс все еще не объявился.

— Ваша машина у нас, мисс Холл. Мы нашли ее довольно далеко от города. Шериф отогнал ее к себе, а завтра утром доставят вам.

Энни впустила его в библиотеку. Он опять пощипывал губу и внимательно смотрел на меня.

— Знаете, мисс Холл, чем глубже я влезаю, в это дело, тем тверже становится моя уверенность, что за всем этим кроется какая-то история. Узнайте, что это за история, и вы все поймете. А когда мы все поймем, то решим, что же это такое: ужасное преступление или что-то еще. Вы понимаете, что я хочу сказать?

— Мне кажется, убить двух женщин — довольно ужасное дело, не правда ли?

— Убивать — вообще ужасно. Но ужасно также посадить кого-то на электрический стул, если он не заслуживает этого. Я всю ночь не смыкаю глаз, думая о вещах, в которых не уверен, хотя публика считает, что это бесспорные вещи. Вот так-то… — Он наклонился вперед. — Что такое ваш Полумесяц? Родственные связи, старые ссоры, странное поведение, как, например, поведение миссис Тэлбот, которая запирается у себя в доме от всех на ключ. А почему ссорятся молодые Веллингтоны? В чем дело? Да и ваш дом. Какие между вами отношения? И как связан со всем этим Холмс? Насколько я помню, он возил вашу мать кататься в то время, когда была убита миссис Ланкастер.

— Совершенно верно, инспектор. Но с тех пор он стал вести себя очень странно.

Инспектор внимательно меня слушал, когда я стала рассказывать, как Холмс вырывал страницы из книги, хотя, как мне кажется, он придал этому событию гораздо меньше значения, чем Герберт Дин.

— Странно, — прокомментировал Бриггс. — Полагаю, вы не знаете, что это была за книга?

— Это был детектив.

— Да? Но это еще не значит, что он преступник. Полагаю, в наше время детективы читают даже самые лучшие люди! И не думайте, что Холмс убийца. Он не убивал миссис Ланкастер. Это совершенно точно. Возможно, с самого начала он догадался, где находятся деньги. А золото тяжелое. Поэтому он и взял машину. Но и это довольно странно. Он пользуется такой заметной машиной, как лимузин. Кроме того, на нем форма шофера. И потом: если человек хочет бежать с деньгами, он делает это ночью и старается быть незаметным. А теперь давайте поговорим о Полумесяце, начиная с дома у ворот. Этот Джим Веллингтон — он племянник миссис Ланкастер, я прав?

— Племянник ее первого мужа. Он и Джордж Тэлбот двоюродные братья. Его дядя так давно умер, что мы все считали миссис Ланкастер его тетей. Мать Джима носила фамилию Тэлбот.

— Интересно. Вы все связаны между собой родственными узами, не так ли?

— Мы — нет. И Дэлтоны — тоже нет.

— Хорошо. Вернемся к Веллингтонам. Он, насколько мне известно, сирота?

— Да, его мать умерла десять лет назад. Она была довольно странной женщиной, но Джим, конечно, вполне нормальный.

— Чем странной?